Сейме-С

Оставались тысячи световых лет до родной звёздной системы, когда в работе маршевых двигателей звездолёта отчетливо послышались нестандартные нотки перегрузки. Вей окинул взором приборные панели и сознание тут же выдало свой вердикт – домой вовремя не попасть. Да и попадёт ли он вообще домой, большой вопрос.

Вей стартовал из родной звёздной системы более десяти мерков[1], назад с исследовательской миссией изучения межгалактических газовых туманностей и реликтовых излучений, улавливаемых недалеко от предполагаемого центра вселенной. Его звездолёт оснастили новейшей аппаратурой и отправили в долгое космическое плавание.

Чем ближе он подлетал к этому центру, тем плотнее становились звёздные скопления. Звездолёт уже не мог двигаться с крейсерской скоростью, все время приходилось корректировать курс, огибать скопления слишком горячих звёздных туманностей. В конце концов ему это надоело, и он принял нестандартное решение, лететь напрямую через галактики, их звёздные скопления, используя гравитацию звёзд для разгона экономя при этом рабочее тело и ускоряя достижение поставленной цели.

И вот на пути звездолёта Вея возникла первая галактика, которую он решил пересечь, а не огибать. Галактика представляла собой спираль с несколькими рукавами и эдаким двойным центром масс в виде перемычки, вокруг которого вращалось всё это искрящееся светом звёздное великолепие.

Как только звездолет Вея углубился в эту галактику, мощность маршевых двигателей стала падать. Причину падения мощности, самодиагностика корабля определить не могла. Вей, согласно имеющимся инструкциям отключил маршевые двигатели. Не поддавалось пониманию и разрешению его логическим мозгом то, как это могло произойти? Звездолет находился всего лишь на окраине галактики, которая по космическим меркам, была не большой и легко преодолимой. Похоже, что его расчёты пересечь эту галактику сходу, используя гравитацию звезд, оказались не верными. Потеря мощности силовой установки диктовала настоятельную необходимость устранения появившейся проблемы, для чего нужно лечь в дрейф. Вей руководствуясь рекомендациями бортового интеллекта и логикой сознаний, принял решение приступить к торможению.

Учитывая падение мощности почти до критического уровня, торможение заняло достаточно много времени, спустя которое он двигался внутри галактики с минимальной скоростью, почти дрейфовал на месте.

Достигнув состояния дрейфа, Вей развернул ремонтно-восстановительную систему звездолёта и отправился в отсек силовой установки маршевых двигателей. Переборки открывались при его приближении автоматически, датчики над ними светились красным, предупреждая о высоком уровне излучения, но он был для этого излучения непроницаем. Да если бы даже и был проницаем, вреда особого бы не принес, учитывая его физиологические особенности, или отсутствие таковых. Прибыв в отсек расположения блока управления силовой установкой Вей внимательно ознакомился с показаниями приборов, датчиков и задумался: «Все показания в норме, но маршевые двигатели работают с перебоями и теряют мощность, надо проверить силовую установку».

Переборка двигательного отсека ушла в сторону открывая технический тоннель, Вей направился к силовому агрегату, – «Внешне, все агрегаты функционируют нормально, техническая диагностика показывает штатную работу систем силовой установки».

Вей понимал, пока он не найдет причину потери мощности, дальше лететь нельзя. Его многоуровневое сознание пришло к решению разобрать и проверить все узлы и детали установки. Он набрал на клавиатуре последовательность команд ремонтным роботам, и те принялись за работу, снимая защитные кожухи с узлов и агрегатов, тестируя каждый узел, каждый контакт.

Время шло, а причина потери мощности не находилась. Вей вновь и вновь прокручивал возможные варианты неисправности, но после проверки все они отпадали: силовая установка находилась в идеальном состоянии. Вей перебрал все вероятные и невероятные причинно-следственные связи возможной поломки систем корабля участвующих в работе силовой установки и ничего! На его многоуровневое сознание начинала давить неопределённость вводя в энергетический дисбаланс. Оставив роботам завершить сборку силовых установок, он направился в рубку управления кораблем.

То, что он лично занимался силовой установкой не укладывалось в логику поведения его высокоразвитого вида. Он мог всем управлять и все видеть, находясь в контактном «гнезде» рубки звездолета. Такие поведенческие отклонения вызвала экстремальная не подающаяся логическому объяснению ситуация. Все его сознания забуксовали, лишь одно его основное сознание порекомендовало: «Надо попросить помощь у базы».