Седьмая печать

Люк вынырнул из сна, хватая пересохшим ртом воздух. Голова кружилась, перед глазами все плыло, сердце стучало как сумасшедшее. Раздался грохот: все предметы скудной обстановки комнаты, взлетевшие в воздух, упали на пол. Люк вытер трясущимися руками лицо, пытаясь прийти в себя; постепенно Сила, заполнившая помещение, успокоилась, и джедай смог взять ее под контроль, утихомиривая и запирая внутри.

Вздохнув, он медленно, тяжело встал и направился к выходу. Привычный жар обжег тело и легкие, еле ощутимый ветерок игриво шевелил отросшие за последнее время волосы. Люк смотрел вдаль, наблюдая, как восходят Братья, и на душе было тяжело. Брызнули лучи, растекаясь по черному небосводу, показался край Старшего Брата – огромный плазменный шар, раскаленный добела, стремительно возносился вверх, а Скайуокер все стоял, наблюдая за тем, как Свет побеждает Тьму. Вот показался Младший Брат, и Люк вновь вернулся в прохладу дома.

Родные стены. Здесь он вырос… Остатки фермы Ларсов. Он привел их в порядок через год после Битвы при Эндоре, вернувшись на какое-то время на свою родину, о чем совершенно не жалел. Теперь у него было относительно комфортабельное убежище на крайний случай, и кто мог знать, что этот самый случай представится так скоро.

Победа Альянса, казавшаяся такой желанной панацеей от всех бед и несчастий, на самом деле показала, кто именно будет править бал. Те, кто занимал высокие посты при Императоре – они так и остались сидеть на насиженных местах, ведь власть основана на круговой поруке, и непотизм цветет и пахнет. Да, были перестановки, но основные персонажи остались все те же. А новички… Они бросились в этот омут с головой, тут же принимая правила игры. Идеалистам и борцам за идею там места не нашлось. Лея, пламенный борец за демократию, знамя Альянса и один из его успешных руководителей, так напористо очищающая мир от скверны, теперь постепенно отодвигалась на вторые роли. Это происходило медленно и плавно, но принцесса дурой не была и в конце концов смогла сопоставить множество разрозненных фактов.

В политике рулили циничные личности, готовые договариваться и делиться сейчас, чтобы позже урвать кусок пожирнее, и идущая напролом принцесса теперь им скорее мешала, чем помогала. Так же как и Люк Скайуокер. Последний джедай был нужен для борьбы с Вейдером и Императором, оттягивая на себя львиную долю их внимания, а теперь, когда этих одиозных личностей не стало, выяснилось, что на его счет у власть предержащих есть давно сформированное мнение и способ использования. И этот способ Люку совершенно не нравился.

К сожалению, понял он всю глубину своего падения уже после того, как вляпался по уши. Они воевали, «Проныры», ставшие его личной эскадрильей, летали на задания, ведь надо было продолжать бороться с не желающими признавать поражение остатками расколотой на части Империи, а потом был рейд, расставивший все по своим местам. Люку кто-то прислал анонимное сообщение, прочитав которое, он сначала не поверил своим глазам. Спешно проведенное расследование выявило неприглядную правду: они бомбили не военные базы, а мирное население.

Очень знакомая тактика устрашения.

Тогда Люк читал мелькающие на экране датапада сухие строчки информации и слышал издевательский смех Императора и сип стоящего сзади Вейдера. Он сжимал кулаки, пытаясь не сорваться, глядя в пол, и ему казалось, что он стоит по колено в трупах, а с плеч стекает черный плащ, состоящий из Тьмы. Потом он долго сидел с Леей в обнимку, переживая очередное в своей жизни крушение своего мира. Они держали друг друга за руки, даря утешение и переживая момент полного понимания. Лее тоже было на что пожаловаться, единственным, кто оставался рядом с ней, был Хан, прочие друзья очень быстро превратились в просто соратников, а то и во врагов.

Люк держал ее за руку, гладя изящные пальцы, и взгляд все цеплялся за тонкий золотой ободок кольца, подаренного Соло на помолвку. В груди свернулась дикая тоска и боль, чувство огромной потери и осознание того факта, что он никогда не сможет осуществить свою мечту. Никогда.

– Люк… – ломким голосом позвала его сестра, и парень отвернулся, пряча взгляд.

– Прости, Лея, – Скайуокер вскочил, нервно поправляя рукав на протезе, с неудовольствием отмечая, что надо бы заменить, а то и вовсе снять искусственную плоть: в последней операции ему чудом удалось спастись, и в процессе эвакуации искусственная рука пострадала – сквозь поврежденный слой, имитирующий тело, проглядывал металл. Надо будет, выходя, надеть перчатку.

– Прости. Мне… Я…

– Ты действительно относишься ко мне именно так? – взгляд карих глаз был странным. Люк кивнул и отвернулся. Находиться рядом с ней и сдерживать себя было неимоверно тяжело. Что поделать… Он рад, что у него есть сестра, но он не рад, что это – Лея.

– Люк… – маленькая рука ухватила его за предплечье, и парень застывшим взглядом уставился на нее. Кольца не было.

– Что…