Щенок спаниеля

Когда умер отец Джо Джолли, у него оставался лишь старый стул. Домик, где жили Джолли, им не принадлежал, они снимали его у владельца лесов, где Джон Джолли всю жизнь рубил дрова. За свою работу Джон получал по три шиллинга в неделю. Даже топор ему не принадлежал.

Единственный сын Джона, Джо, вырос в лесу. О его образовании не очень-то заботились, так что он научился лишь рубить дрова да мастерить что угодно. Еще он очень любил животных. А еще он любил своего отца и часто помогал ему в работе, хотя ни хозяин, ни управляющий о том не знали.

Старик Джолли заболел в четверг вечером, как раз тогда, когда три шиллинга, полученные за прошлую неделю, подошли к концу. В пятницу утром Джон не смог подняться с постели, и его сын сделал всю работу, а вечером пошел к управляющему.

— И кто же ты такой? — спросил управляющий.

— Я сын Джона Джолли, — отвечал Джо.

— А почему он сам не пришел?

— Он болен.

— И кто же теперь будет рубить дрова?

— Я, — ответил Джо.

Управляющий не стал спорить, отсчитал юноше три шиллинга, а про себя подумал: «Если старый Джолли поправится, слава Богу. Если нет, я посажу на его место своего дядюшку».

Всю неделю Джо ухаживал за отцом, делая к тому же необходимую работу. Чтобы прокормить больного отца, Джо продал все, что было в доме, кроме старого стула и медного обручального кольца своей матушки. К концу недели старый Джолли умер, и после похорон Джо впервые задумался о своем будущем.

Но раздумывал он недолго. Ему только что минуло восемнадцать, был он сильным и ловким, быстрым, как белка, кожа у него была смуглая от загара, а делать он мало что умел — лишь дрова рубить. Поэтому он пришел к управляющему и сказал:

— Отец больше не будет рубить для вас дрова. Не могу ли я занять его место?

— Ага, значит, впервые за пятьдесят лет место свободно! — обрадовался управляющий.

— Не могу ли я занять его? — повторил Джо.

Но управляющий лишь головой покачал, отсчитал Джо последние три шиллинга и пожелал ему удачи — да только в другом месте.

Что ж, спорить Джо и вовсе не умел. Он пришел домой, поглядел на старый стул и подумал: «Конечно, хорошо бы взять его с собой, но я же не знаю, куда пойду, а новому дровосеку тоже на чем-то сидеть надо». Он еще раз окинул взглядом все вокруг — раньше-то ему никогда не случалось покидать свой дом, потом положил в карман обручальное кольцо своей матушки и ушел.

Шел он, шел по лесной дороге, прошел уже немало миль, и все ему было интересно. Вот он услышал далеко-далеко впереди стук топора. Что ж, он и пошел прямо на звук.

Но по дороге он услыхал еще один звук: неподалеку жалостно выла собака. Выйдя на берег пруда, Джо увидел кучку мальчишек. Один из них зашел в воду, пытаясь утопить щенка, а остальные отгоняли от воды красивую собаку — белого спаниеля с желтыми и рыжими подпалинами на голове. Ее вой и расслышал в лесу Джо. Шагнув вперед, Джо поймал мучителя за руку и сердито велел:

— А ну прекрати!

Оглянувшись, мальчишка увидел рядом здорового, сильного детину и нехотя вышел из воды.

— А тебе что за дело? — спросил он сварливо. — На то и щенки, чтобы топить!

— Не позволю! — отвечал Джо.

— Купи! — закричали мальчишки хором.

— А что он стоит?

— А что у тебя есть?

— Три шиллинга, — сказал Джо, доставая деньги из кармана.

Мальчишка тотчас сунул в руки Джо белого щенка, схватил деньги, а потом вся толпа отбежала подальше, и мальчишки начали хохотать:

— Вот глупец! Это же приблудная собака, притащилась сюда утром неведомо откуда да только что родила щенка!

Джо посмотрел на собаку, а она подошла к нему, потерлась о ногу и поглядела ласковыми глазами.

— Что ж, — сказал Джо, — стало быть, я купил прекрасную собаку и замечательного щенка, и всего-то за три шиллинга. Ну что, пойдете со мной по белу свету?

Он бережно уложил щенка во внутренний карман куртки, и когда тот, повозившись, устроился поудобнее, Джо понял, что это — его пес, другого такого у него не было и не будет. И зашагал он дальше по дороге, с пустым карманом, без денег, но с красивой собакой, бежавшей рядом, да с щенком за пазухой.

Денег у Джо не было, и весь день он шагал на пустой желудок. К вечеру он забрел далеко, в незнакомый лес, а стук топора все не умолкал. В лесу было хорошо, и хотя этот лес был не похож на тот, где он вырос, Джо чувствовал себя, как дома.

Вот он услышал тихое мяуканье. Пойдя на звук, он обнаружил в кустах крошечного котенка, золотистого, как солнечный луч, пляшущий по ручью, с глазами цвета свежего меда. Котенок еле держался на тонких лапках, и он явно обрадовался, когда большая теплая рука Джо бережно подняла его с земли. Котенок совсем замерз и измучился, Джо сунул его за пазуху рядом с щенком и застегнул куртку. Вскоре оттуда раздалось тихое мурлыканье.

Наступал вечер. Звук топора, казавшийся Джо слаще всякой музыки, был уже совсем близко. Парень приостановился, чтобы оглядеться, и тут раздался треск падающего дерева, затем стон. Джо помчался вперед.