Счастье по принуждению

Катя

— Для заполнения карточки беременной я проведу небольшой опрос, — дежурно улыбаюсь молодой девушке со сроком беременности восемь недель. — Есть ли аллергия на лекарства?

— Нет, — мотает головой она и демонстративно ставит свою сумку на мой рабочий стол. — Жарко тут у вас…

— Кондиционер в манипуляционной не положен, — отвечаю терпеливо и выдергиваю стопку карточек из-под ее сумки.

— Беременность первая?

— Да.

— Хронические заболевания?

— Нету… — капризно.

— Полное имя отца ребёнка и контактный телефон.

— Киселев Руслан Тимуриевич, — уверенно говорит девица. — Номер восемь, девятьсот пятьдесят один, триста двадцать четыре…

Я перестаю писать и замираю, поднимая глаза от карты.

Пациентка нагло смотрит мне прямо в лицо.

— Это шутка такая? — интересуюсь резковато.

Нервы сдают. Нет, теоретически второй Киселев Руслан Тимуриевич существовать может, но что-то мне подсказывает, возможно, именно ухмылка девицы, что речь идёт о моем муже.

— Нет, — ставит локти на стол девушка. — Мы с вашим мужем, Екатерина Максимовна, ждём ребёночка. Русик сказал, что ведение беременности может доверить только вам.

— Екатерина Максимовна… — скорбно шепчет медсестра.

От ее голоса мне становится ещё дурнее. Пальцы нервно тянутся к горлу. Там что-то мешает дышать. Раз, два, три…

— Так… — выдыхаю, пытаясь прийти в себя и сохранить лицо. — Вам, Людмила, кажется, лучше поискать другого врача…

— Да, действительно, — хмыкает девица. — А на вас я напишу жалобу заведующей…

Она встаёт со стула с ехидной улыбочкой и забирает сумку.

— Напишите сразу две! — Рявкаю я ей в след.

Обхватываю голову руками и просто не знаю куда деться. Как пережить сейчас эти первые несколько минут. Там ещё целая очередь беременных.

— Екатерина Максимовна, — снова шепчет медсестра, — вы же с мужем эко хотели. Как же так…

— Перестаньте, Тамара Петровна, — не содержавшись, обрываю я ее.

Встаю со стула и начинаю закидывать в сумочку вещи. Руки трясутся. А завтра, благодаря Тамаре Петровне, мне тихо будет сочувствовать вся гинекология.

— Лучше сходите к Ларисе Аркадьевне и скажите, что у меня ангина.

— Как ангина? — Ахает женщина.

— Вот просто, — рявкаю и взмахиваю руками.

Вылетаю за дверь кабинета и под летящее в спину: «Здравствуйте, Екатерина Максимовна. А вы куда? У вас обед?» быстро стучу по кафельному полу каблуками.

Падаю за руль автомобиля, блокирую двери и, наконец, даю волю слезам. Рыдаю в голос. Меня трясёт. Взрослую женщину. Врача. Как девчонку колотит.

Что это было? Почему я поверила? Вот так просто? Мало ли что за злая шутка это может быть? Может быть, Руслан, просто не поставил зачёт нахалке, а ее выгнали из института? Такое же может быть? Может. Логика подсказывает именно это. А сердце дергается.

Хватаю телефон, долго смотрю на фотографию мужа, не решаясь сделать звонок. Это как прыжок в омут. И я держусь за руль, как за спасательный круг, пока идут гудки.

— Алло… — слышу в трубке родной голос. Страшно представить, мы со школы с ним вместе. — Катя, у меня пара, говори быстрее.

— Руслан, — всхлипываю, — это правда?

— Что правда? — Раздраженно.

— Что у тебя будет ребёнок?

Пауза в динамике отвечает мне красноречивее слов.

— Подожди, я выйду в коридор, — говорит Руслан. — Катя, фух, послушай, давай дома…

«Ааа!» — Взрывается во мне. А может, я действительно кричу.

Сбрасываю звонок и, рыдая, падаю на руль. Так, наверное, логично случается, когда «сапожник без сапог».

Телефон постоянно вибрирует звонками. С работы, от Руслана… Какие все заботливые!

Как-то умудряюсь доехать до дома и не разбиться. Открываю дверь, захожу в прихожую и, услышав с кухни звуки кастрюль прислоняюсь к стене. Ирина Лювовна…

Свекровь выплывает в коридор. Окидывает меня пренебрежительным взглядом и подаёт мусорный пакет.

— Вынеси сразу, а то тухлым пахнет. Нужно следить за холодильником, Екатерина. Мне пришлось выбросить столько еды. Некуда было поставить борщ. Тефтели вообще в чем-то…

— Я готовила их вчера, — отвечаю в тихой истерике. — Вынесите сами.

Скидываю с ног туфли и прохожу в комнату.

Катя

— Руслан, твоя жена уезжает, — истерично докладывает свекровь по телефону, пока я закидываю вещи в чемодан.

Все подряд и побольше.

— Поговори с мужем, — протягивает она мне телефон.

Я, не реагируя, застёгиваю чемодан, выдвигаю ручку и обхожу свекровь, двигаясь в коридор.

Пока обуваюсь, слышу, как свет очей Ирина Львовна склоняет меня сыну в трубку. Да, я именно такая, и отвалите. Ешьте свой правильный борщ. Вещайте свои правильные шторы, протирайте пыль. Это же ваша квартира!

И словно подтверждая мои слова…

— Неблагодарная! — Вылетает следом за мной свекровь. — Приехала ни кола ни двора. Учебники веревкой перевязаны. Забыла? Ох… — театрально обмахивается полотенцем, — а ведь я была против.

— Вот и прекрасно! — Рявкаю в ответ и открываю дверь. — Хорошо, что у вас прекрасный сын!