Сборникъ объ унiи

Въ октябрѣ мѣсяцѣ 1996 года исполняется 400 лѣтъ съ того печальнаго событія, какъ въ Брестѣ была насильственно введена унія. Въ связи съ этимъ скорбнымъ юбилеемъ мы печатаемъ СБОРНИКЪ статьей объ уніи и католичествѣ, въ которыхъ наглядно показаны коварныя дѣйствія и церковная политика Рима для утвержденія римо-католичества среди западно-русскихъ православныхъ людей.

Приводимый матеріалъ представляетъ описаніе католичества и уніи и поэтому въ немъ повторяются нѣкоторые моменты, но это, мы считаемъ, послужитъ тому, что читатели лучше увидятъ и убѣдятся въ тактикѣ и обманѣ католичества, къ чему они способны прибѣгать для достиженія своихъ цѣлей.

Ниже мы приводимъ главу изъ книги («Церковь, Русь и Римъ», Н. Н. Воейкова, 1983 г. Джорданвиллъ, Н.І., стр. 313–324), о злосчастной уніи.

Латиняне, полемизируя съ православными, особенно укоряли ихъ въ зависимости отъ плѣненныхъ турками Восточныхъ патріарховъ. Благодаря развитію торговыхъ отношеній европейскихъ странъ съ Портой, латиняне, предводительствуемые отцами іезуитами, пользуясь продажностью турецкихъ визирей, скоро пріобрѣли въ Константинополѣ, въ ущербъ Православію, не малое вліяніе. Такъ какъ съ момента покоренія Византіи султаны взяли себѣ право утверждать патріарховъ, эта зависимость не замедлила породить самыя пагубныя послѣдствія. Султаны стали пользоваться этимъ правомъ для обогащенія своей казны, вымогая у православныхъ деньги, прежде чѣмъ утверждать кандидатовъ на патріаршій престолъ. Тарифъ за утвержденіе достигалъ иногда весьма крупныхъ суммъ и бѣдные греки не всегда были въ силахъ таковыя собрать. Это привело къ всевозможнымъ злоупотребленіямъ и къ открытому произволу турокъ надъ беззащитными пастырями.

Іезуиты и другіе латинскіе ордена открыто агитировали противъ Православія, всѣми средствами дѣйствуя на султана и его совѣтниковъ, часто прибѣгая къ подкупу для поставленія на греческую каѳедру недостойныхъ кандидатовъ; позже, въ таковые латиняне старались провести своихъ приверженцевъ, либо воспитанниковъ пресловутаго «Греческаго колледжа», основаннаго въ Римѣ Григоріемъ XIII. Можно себѣ представить, къ какимъ безпорядкамъ и эксцессамъ приводили подобные безсовѣстные методы! Та же тактика примѣнялась Римомъ во всѣхъ православныхъ земляхъ, гдѣ господствовали турки, которымъ взаимная вражда между христіанами приносила крупные барыши, одновременно способствуя проповѣди ислама на Балканахъ, островахъ Греческаго архипелага и т. д.

Слѣдовательно, греческая притѣсняемая іерархія, лишаемая школъ, правъ и имущества, должна была ежечасно отражать то турецкія, то латинскія коварства, чтобы существовать и охранять въ чистотѣ свою вѣру. Чудо Божіе, что изъ многовѣкового плѣна греческое Православіе вышло цѣлымъ.

Однако, отдѣленной отъ Византіи русской митрополіи становилось все труднѣе прибѣгать къ греческой каѳедрѣ, что мѣшало правильному рѣшенію многихъ сложныхъ вопросовъ, часто требующихъ изученія мѣстныхъ внутри-русскихъ условій. То, что въ западныхъ государствахъ не представляло бы ни малѣйшаго затрудненія, по примѣру папъ Николая І-го и Гильдебранда: отдѣленіе отъ патріархіи на Руси столѣтіями казалось немыслимымъ. Многовѣковая связь Кіева, затѣмъ Москвы съ Царьградскимъ престоломъ, рядъ мудрыхъ и святыхъ греческихъ митрополитовъ, воспитавшихъ русское благочестіе, органически связали Русь съ Византіей. Мы видѣли, что даже заключеніе греками Флоренской уніи, измѣна Исидора, неслыханное дѣло обращенія самого императора въ ересь, не смогли поколебать Василія Темнаго въ его преданности древней каѳедрѣ. Даже турецкое иго не прервало зависимости русскихъ митрополитовъ отъ Греческой Церкви.

Все это объясняетъ съ какой осторожностью и осмотрительностью царь Ѳеодоръ Ивановичъ (1584–1598) и шуринъ его — Борисъ Годуновъ — приступили къ вопросу учрежденія патріаршества въ единственномъ свободномъ отъ ислама Русскомъ царствѣ.

Усилившіяся въ Польско-Литовскомъ государствѣ гоненія на Православіе, коварные происки іезуитовъ, ихъ сочиненія расхваливающія мощь и независимость римскихъ первосвященниковъ, были хорошо извѣстны въ Москвѣ и немало кручинили благочестиваго наслѣдника Грознаго, кроткаго царя Ѳеодора. Въ Москвѣ, между прочимъ, аргументами въ пользу патріаршества, указывали на то, что глаза православныхъ въ Литвѣ могли бы обратиться на патріарха Всероссійскаго, какъ на обще-русскаго архипастыря.