Сбои (ЛП)

Марисса Майер

«Сбои»

Лунные хроники № 0,5

Оригинальноеназвание: Marissa Meyer «Glitches» (The Lunar Chronicles 0.5) 2011

Марисса Майер «Сбои» 2011

Аннотация

Зола — умелый механик, киборг и гражданка второго сорта. Ее прошлое окутано тайной, мачеха осыпает ее бранью и винит в болезни сводной сестры. «Сбои» – небольшой приквел, в котором мы узнаем тайну болезни, ее начало, эмоциональные потери, которые испытала Зола. Мы узнаем что-то большее, чем просто сбой.

- Ты готова встретиться со своей новой семьей?

Она оторвала взгляд от окна, где снег нагромождался на бамбукових ограждениях, а приземистый андроид расчищал путь через слякоть, и посмотрела на человека, сидевшего напротив нее. Хотя он был добр к ней на протяжении всей их поездки - два полных дня проведенные между хувером, поездом на магнитной подвеске, двумя пассажирскими судами, и еще одним хувером, он все еще имел нервную улыбку, которая делала ее непоседой.

Плюс, она постоянно забывала его имя.

- Я не помню старую семью, - сказала она, поправляя тяжелую левую ногу так, чтобы она не торчала так далеко между их местами.

Его губы неловко скривились в выражении, которое, вероятно, должно было быть обнадеживающим, и это закончило их беседу. Его внимание переключилось к устройству, на которое он никогда не переставал смотреть, с экраном, который придавал зеленоватое свечение его лицу. Он не был очень старым человеком, но его глаза всегда казались уставшими и его одежда не соответствовала ему правильно. Хотя он был чисто побрит, когда впервые приходил претендовать на нее, сейчас он нуждался в бритве.

Она вернула взгляд на заснеженную улицу. Пригород был для неё таким людным и запутанным. Серия маленьких одноэтажных лачуг чередовалась с особняками с замороженной водой в фонтанах во дворе и красными черепичными крышами. Потом шел ряд кластерных загородных домов и захудалые квартирные комплексы, а затем ещё более крошечные лачужки. Все это выглядело так, будто кто-то просто взял жилье разного вида и расставил по сетке дорог, не заботясь о том, где что приземлиться.

Она подозревала, что ее новый дом совсем будет не похож на сельхозугодия, которые она оставила в Европе, но она была в таком туманном оцепенении, что не могла вспомнить многого перед поездкой на поезде. Кроме того, там тоже шел снег. Её уже тошнило от снега и холода. Они заставляли её кости болеть в том месте, где кожа подключалась к протезированной стали.

Она повернула взгляд обратно к человеку, сидевшему напротив нее.

- Неужели мы почти у цели?

Он кивнул, не поднимая глаз.

- Почти, Зола.

Обхватив пальцами шрам на запястье, она ждала, надеясь, что он скажет что-нибудь еще, чтобы успокоить её, но казалось, что он не тот тип людей, которые замечают чью-ибо тревогу кроме своей собственной. Она представила, как назвала бы его папой, но слово было до смешного непривычным, даже в её голове. Она не могла даже сравнить его с своим настоящим отцом, так как ее память стала чистым листом во время хирургического вмешательства и все, что у неё осталось от родителей - это чистые личные профили с простыми фотографиями, без возможности распознавания и пометкой вверху, которая маркировала их как УМЕРШИЕ. Они погибли в результате крушения хувера,которое так же лишило ее ноги и руки.

Как подтвердили все официальные записи, больше никого не было. Бабушка и дедушка Золы тоже мертвы. У неё не было ни сестер, ни братьев. Ни теток или дядюшек, или друзей - по крайней мере никто не разыскивал её. Возможно, не было ни единого человека во всей Европе, кто мог бы принять её и поэтому им пришлось искать так далеко, в Новом Пекине, прежде чем они нашли ей приемную семью.

Она зажмурилась, пытаясь вспомнить, кем они были. Безликие люди, которые вытащили её из-под обломков и превратили в это. Без сомнения, доктора и хирурги. Ученые. Программисты. Там должен был участвовать еще социальный работник, но она не помнила наверняка. Память дала ей только головокружение, проблески пригорода Франции и этого незнакомца, сидящего напротив неё, который в восторге от устройства в его руках.

Ее новый отчим.

Хувер начал замедляться, дрейфуя в сторону обочины. Его нос ударил сугроб и это привело к резкой остановке с содроганием. Зола схватилась за бар над головой, но хувер уже успокоился, немного вне порядка в слежавшийся снег.

- Вот и мы, - сказал человек, его глаза замерцали когда в хувере открылась дверь.