Сближение

Вот уже несколько недель ее большая сумка была спрятана в глубине чердака. Полностью упакована и готова к отъезду. Хелен проверила ее содержимое. Все необходимые бумаги были на месте. Документ, подтверждающий смену фамилии. Договор об открытии нового банковского счета. Новая банковская пластиковая карта. И новый паспорт. Она провела пальцем по золотому тисненому гербу, изображенному на обложке маленькой красной книжки, затем пролистала зеленые страницы и остановилась на странице с фото. Лицо, смотревшее на нее все эти годы, осталось прежним: светлые волосы до плеч, карие глаза, светлая кожа, но это имя все меняло. Больше не было никакой Хелен Мэттьюс.

— Привет, Эллен Ньюман. — Это был лишь тихий шепот. Хелен едва смогла произнести свое новое имя вслух. События прошедших двенадцати месяцев научили ее быть всегда настороже. Кажется, она целую вечность ждала этой возможности; и словно подпольная группа мятежников, получившая приказ действовать, так и ее план побега наконец мог быть приведен в действие. Ее рука дрогнула при мысли о том, что ждало ее впереди. Ожидание и страх переполняли ее. Она попыталась успокоить свое учащенное дыхание и взять этот всплеск адреналина под контроль. Ее голова должна оставаться ясной, а не забитой паническими мыслями. Ведь она на протяжении нескольких месяцев снова и снова по очереди репетировала все действия. Наконец беспокойство ушло, позволив разуму контролировать ситуацию. Она закрыла паспорт и затолкала его обратно в сумку. — Давай выбираться отсюда, Эллен.

— Что значит, ты не знаешь, где она, Кейт? — Он с силой стиснул мобильник, чувствуя, как внутри растет разочарование, но не позволил ему прорваться. — Ты ее лучшая подруга. Конечно же, она сказала тебе, куда поедет.

— Послушай, Тоби, я действительно не знаю, где она.

От Тоби не ускользнула осторожность в голосе Кейт. Она не собиралась ему ничего сообщать. Он сделал глубокий вдох и заставил себя говорить более примирительным тоном:

— Я понятия не имею, почему она ушла. Я возвращаюсь домой после выходных, проведенных на занятиях по стендовой стрельбе, и вижу записку. Я волнуюсь за нее. Вот и все. Пожалуйста, Кейт? — Господи, неужели ему придется начать умолять?

— Ладно, — смягчилась Кейт. — Если получу от нее вести, передам, чтобы она позвонила или как-то еще связалась с тобой.

— Спасибо. Я ценю твою помощь. Я чувствую себя таким одиноким без нее. — Закончив разговор, он швырнул телефон на диван и схватил записку, оставленную Хелен.

Он посмотрел на Замарашку, растянувшуюся на диване рядом с ним. Протянул к ней руку и прошелся ладонью по шее кошки вниз-вверх. Он мог чувствовать все маленькие косточки, скрывавшиеся под шерстью и кожей. Маленький тощий комок шерсти. Хелен обожала эту кошку и все-таки она бросила ее. Это было так нетипично для нее. Внезапно сбежать от него, от кошки, от их жизни вдвоем. Это было последним, о чем он мог бы подумать. Как он мог не заметить признаков готовящегося события и куда, черт возьми, она могла пойти? Он был уверен в том, что Кейт это знала. Он даже мог бы поставить на это свое жалование банковского служащего в Лондонском Сити. Подхватив кошку, он продолжил поглаживать шерсть черепахового цвета, направляясь к окну в полный рост. Он стоял и смотрел на горизонт, протянувшийся за Ислингтоном.

Указательным и большим пальцем он массировал загривок животного, затем провёл по шее и сомкнул пальцы под подбородком кошки.

— Ты где-то там, Хелен. — Он сбросил Замарашку на пол, проигнорировав протестующее мяуканье животного, недовольного столь бесцеремонным обращением. Тоби прислонился лбом к стеклу, его ладони прижались к гладкой поверхности. — Я так просто не отпущу тебя, уж поверь мне, любимая.

Шесть месяцев спустя