Сапфир и шелк

Едва забрезжил рассвет, бодрый лорд Силверблейд покинул спящую в летнем домике возлюбленную, чтобы в одиночестве насладиться прелестью раннего весеннего утра. Не спеша он шел по усыпанной гравием дорожке, всей грудью вдыхая пряный запах сырой земли. Воздух приятно холодил его обнаженный торс. Став хозяином, он решил ничем не смирять буйство природы в этом дальнем уголке усадьбы. Садовники сюда не допускались. Сад, разбитый по обе стороны от дорожки, со временем превратился в чащу. На краю сада стояли, точно стражи, могучие дубы, закрывая это уединенное место от любопытных глаз своими густыми кронами.

Лорд оглянулся и улыбнулся от удовольствия. Летний домик, построенный по его прихоти в восточном стиле, расписной, с красной черепичной крышей, похожей на остроконечную шляпу с загнутыми вверх полями, казался волшебным. Такой же была и минувшая ночь, проведенная с женщиной. Сейчас холм, на котором размещалась усадьба, был погружен в тишину майского утра. Не было слышно ни птичьего щебета, ни шелеста ярко-зеленых листьев. И домик, где безмятежно спала возлюбленная, был тих. Но ночью он полнился сладострастными стонами и криками… И звонким смехом. Ах, Памела! Лорд усмехнулся, вспомнив о ласках и шалостях своей любовницы.

Внезапно тишину нарушил стук копыт. Но всадника нигде не было видно. Лорд насторожился. Сердце в груди радостно забилось. Предчувствие опасности действовало на него как вино.

Гнедой жеребец, великолепный в своей мощи, влетел на гребень ближнего холма. В лучах восходящего солнца конь казался красным. Из ноздрей его белыми клубами вырывался пар.

Всадник, обнимавший коня за крутую шею, был необычно мал. Вначале лорд решил, что это ученик конюха занимается выездкой породистого жеребца. Однако, всмотревшись в наездника, он немало удивился. Ему ли, при его богатом опыте общения с женщинами, не отличить юнца от девицы? Хотя всадница была стройной, как мальчик-подросток, и на ней была мужская одежда, сомнений быть не могло. Белая батистовая рубашка возбуждающе облегала изящное тело и маленькие округлые груди.

Оглядевшись, лихая наездница стремительно спустилась с холма и направила коня в его сторону. На несколько мгновений она исчезла из виду, а потом вдруг возникла из-за дубов и остановила своего могучего скакуна всего в нескольких футах от лорда Силверблейда.

Конь нетерпеливо приплясывал на месте, качал головой и косился на лорда. Хозяйка наклонилась к уху жеребца и что-то прошептала. И снова лорд удивился. Потому что конь сразу успокоился. Ласковый голос и нежное прикосновение девушки сотворили настоящее чудо. Убедившись, что жеребец спокоен, она не без смущения взглянула на незнакомца.

Лорд вполне понимал ее состояние. Как еще она должна была смотреть на полуголого мужчину?

Однако ее не назовешь робкой, отметил про себя лорд Силверблейд. Рано утром скачет верхом одна, без сопровождения. И еще он отметил, что она симпатичная. Каштановые, отливающие медью локоны были стянуты сзади черной бархатной лентой. Очаровательные кудряшки обрамляли лицо, делая его особенно милым и женственным.

— О! Неужели предо мной явилась сама Аврора?!

Девушка удивленно взглянула на лорда и, смутившись, быстро опустила свои большие голубые глаза.

— Извините, милорд, разве вы меня знаете?

Лорд Силверблейд учтиво поклонился.

— Сравнение с богиней утренней зари в этот ранний час показалось мне наиболее подходящим.

Лицо юной наездницы осветилось улыбкой. Она засмеялась — будто колокольчики зазвенели.

— О, теперь я понимаю! Пожалуй, мне никак не сравниться с богиней. Но меня действительно зовут Авророй. Я — Аврора Фолконет.

Фолконет… Лорд Силверблейд нахмурился, услышав фамилию человека, которого некогда знал и любил. При воспоминании о нем всякий раз больно сжималось сердце. Наверное, это его сестра. Такие же голубые глаза, открытый взгляд, такой же упрямый подбородок, такая же гордая осанка…

— Что-то не так, милорд? Вы как-то странно на меня смотрите.

— Полагаю, вы сестра Дианы Фолконет, живущей в Овертоне.

Взгляд лорда скользнул по мощному крупу коня. Своенравное и буйное животное теперь казалось послушнее и безобиднее комнатной собачки.

— А это, навернбе, новый жеребец лорда Овертона. Недавно он вывернул плечо главному конюху и едва не вышиб копытами дух из троих его помощников.

На лице Авроры отразилась обида за своего любимца.

— Огонек? — усмехнулась она. — Этот ласковый ягненочек? Этот малыш? Трудно поверить в то, что вы говорите.

— Я кое-что смыслю в лошадях. Ваш «малыш» может сбросить вас и затоптать копытами.

Аврора потрепала коня по шее, затем потянулась и почесала у него между ушей. Огонек закрыл глаза и тихо заржал от удовольствия.

— Со мной Огонечек такого не сделает. Да, малыш? — мурлыкала она. — Мы друг друга понимаем. Я знаю, что у него на уме и на душе. Правда, малыш?

Аврора окинула незнакомца насмешливым взглядом.