Санадис

Любовь Овсянникова

Знаки зодиака

Днепропетровск

2015

Основные наброски к настоящему курсу были сделаны автором 7 апреля 1968 года. Случилось это вследствие множества причин. Изложим и проанализируем это событие так, как оно разворачивалось во времени, то есть в его динамике. Это будет полезно как для подтверждения сказанного, так и для демонстрации сути и методов новой научной теории, названной санадисом (предсказанием, полученным с применением научных методов).

Случившееся тогда запомнилось не потому, что стояла ранняя весна с тихой солнечной погодкой, с первыми ароматами, разносимыми окрест потеплевшими ветерками, а по другой причине — неожиданной и в каком-то смысле веселой.

В тот день студенткой третьего курса механического отделения механико-математического факультета университета наша героиня приехала к родителям на воскресный отдых. Такие приезды домой, в родное село, она позволяла себе редко, поэтому они сопровождались радостью от встречи с родителями, от возможности побыть в родной обстановке, посидеть в своей комнате — у окна с видом на сад с цветниками. А для родителей приезды дочери служили поводом побаловать ее, устроить домашний праздник с торжественным обедом, когда вдоволь можно было посидеть друг против друга, поговорить по душам, насмотреться на родные лица. В зависимости от времени года ради гостьи на стол выставлялись сельские яства с консервацией и вареньями или исключительно домашние блюда, такие как запеченные тыквы, фруктовые муссы, вареники и пироги с ягодами — все то, что нельзя было купить в магазине и даже на рынке. Все это готовилось, пеклось и варилось при участии всех членов семьи.

Вот и тогда отец возился у плиты, а дочь с матерью что-то готовили из теста на столике у кухонного окна и говорили о мелочах, делились новостями, жаловались на проблемы, обсуждали свои заботы, быт и погоду.

Переехав на обучение в город, девушка скучала по дому и оставленным здесь подругам, по соседям и родне, поэтому не удивительно, что ее интерес к различным переменам в селе был острым и неподдельным. В равной мере не могла она отвыкнуть от свиданий с открытыми стихиями: снегами, дождями и дальними горизонтами. В каменных джунглях нового места жительства, все еще воспринимаемого с гадливостью, ей хотелось весенних тропинок, проложенных на влажных грунтах, запахов открытой небу земли, пения птиц, распахнутых в неизвестность пространств и этого чарующего маминого голоса, который она слушала с упоением, как музыку.

Зато ее собеседницу волновал более узкий круг вопросов — только то, что касалось здоровья дочери. И это было неспроста. Девушка поступила в университет не окрепшей и не отдохнувшей после очень опасного заболевания, непростого лечения и долгой реабилитации с соблюдением строгой диеты. Уехав из дому, она более чем очень нуждалась в чутком присмотре, в домашнем уходе, в разной бытовой помощи. Все это вряд ли можно было найти в студенческом общежитии, где ей пришлось поселиться. Конечно, мать не могла об этом не думать, но остерегалась говорить о своих тревогах открыто, чтобы не настораживать дочь и не накликать на нее нежелательные опасения.

Улучив удобный момент, она все же с осторожностью опытной охотницы закружила вокруг да около интересующей ее темы, расспрашивая — соблюдает ли дочь диету, не устает ли от занятий, достаточно ли отдыхает, успевает ли поддерживать опрятность. Но дочь, все еще увлеченная сельскими побасенками, в ответ с недоумением хмыкнула и махнула рукой, дескать, это пустяки, не стоящие внимания.

И вдруг тут же резко умолкла, будто споткнулась обо что-то. А в следующий миг с обжигающей пронзительностью осознала, что ее здоровье по-прежнему серьезно беспокоит маму. Почему она до сих пор нервничает, ведь прежние беды уже позади? Мысли дочери переключились на себя, словно внутри щелкнул звонкий тумблер. Она вдруг подумала о том, скольких трудов стоило мамочке поднять ее на ноги, а потом месяцы и месяцы биться над обеспечением строгого режима питания и щадящего образа жизни. Вот, оказывается, что! Оказывается, ее выздоровление было делом не само собой разумеющимся, а стало следствием маминого многолетнего сражения с недугом и его последствиями, с проблемами выхаживания больной — с дополнительными трудами и недосыпанием, с нехваткой возможностей и безденежьем, со своей безграничной усталостью и страхами о каком-нибудь осложнении в ходе лечения! Так это не время выступало в роли целителя — это мамочка, закусив удила, тащила ее на себе из беды, сквозь дни и ночи, сквозь годы, пока не вытащила!

С незнакомой раньше отчетливостью и основательностью наша героиня прониклась этой внезапно открывшейся истиной, вместе с этим осознавая и то, что отныне ее жизнь должна стать эквивалентной маминому беззаветному подвигу. Иначе нельзя, иначе все теряет смысл.