Самый разыскиваемый вампир

Линси Сэндс

Самый разыскиваемый вампир

Аржено — 20

Глава 1

Август 2009

Дивина проводила своего последнего клиента и с удивлением заметила, что за дверью никого нет. Это был первый раз за день, когда за пределами ее трейлера не было очереди. Взглянув на часы, она поняла почему — было время ужина. Это был единственный раз, когда у нее было затишье в клиентах. Прямо сейчас у прилавков с едой была бы смехотворно длинная очередь, поскольку все на ярмарочной площади сходились к ним в поисках жирных угощений, чтобы зарядить энергией на часть вечерних аттракционов и веселья. Это означало, что у нее есть несколько минут, чтобы отдышаться и немного расслабиться.

Едва она успела подумать об этом, как заметила пару женщин, целеустремленно двигавшихся к ее трейлеру. После недолгого колебания Дивина быстро перевернула табличку «Вернусь через пять минут!», закрыла сетчатую дверь и спустилась по ступенькам на землю. Игнорируя тот факт, что женщины выглядели встревоженными и бросились вперед, она скользнула за угол своего дома на колесах. Большинство клиентов остановились бы, разочарованные, и ждали, вероятно, с нетерпением, но все равно ждали, так что Дивина была немного удивлена, когда ее схватили сзади за руку. Но еще больше ее удивила сила, с которой он схватил ее за руку… пока она не обернулась и не увидела, что это вовсе не одна из женщин, а мужчина.

На пару дюймов выше ее, темноволосый и симпатичный, он был сложен как полузащитник. Он также нависал над ней, намеренно вторгаясь в ее пространство угрожающим образом, и рычал: — Что, черт возьми, ты сказала моей жене?

Дивина раздраженно закатила глаза, недоумевая, откуда ей знать, если она не знает, кто его жена. Она хотела сказать это, но потом поняла, что в этом человеке есть что-то знакомое, и быстро погрузилась в его мысли. Мгновение спустя она расслабилась.

— Аллен Полсон, — пробормотала она его имя, получая почти детское удовлетворение, когда его глаза недоверчиво расширились.

— Как ты…

— Я сказала твоей жене, что у тебя роман с твоей пышногрудой двадцатилетней секретаршей Тиффани, — резко перебила Дивина, заставив его замолчать. — Я сказала ей, что Тиффани настаивает на замужестве и что ты, не желая ее терять, но, не желая отказываться от денег жены, предпочитаешь вдовство разводу. Я рассказала ей о твоих планах стать вдовцом во время предстоящего отпуска. Я полагаю, что это было бы или ее утопление или падение во время кемпинга в Национальном парке Йосемити? — Она наклонила голову. — Насколько я помню, эта поездка была запланирована на эту неделю, не так ли? Судя по тому, что ты здесь, а не в Йосемити, — добавила Дивина, — она прислушалась к моему совету назначить встречу со своим адвокатом на следующее утро, чтобы изменить завещание, а также исключить тебя из числа бенефициаров по ее страховке.

Его рука упала, безвольно повиснув вдоль тела.

— Без сомнения, она также прислушалась к моим советам и наняла частного детектива. Я так понимаю, она послала его за фотографическим доказательством твоей неверности в тот дешевый мотель, в котором ты каждый день обедаешь со своей секретаршей?

Она ненадолго проникла в его мысли, прочитала ответ в хаосе и удовлетворенно улыбнулась. Мало того, что жена сделала это, она еще и передала доказательства хорошему адвокату по разводам. Теперь женщина была в безопасности и снова была на пути к одиночеству. После этого, однако, женщина сказала своему дорогому муженьку, что гадалка на карнавале была той самой, которая предупредила ее и поставила на этот путь, и это были лучшие двадцать долларов, которые она когда-либо тратила. Вот почему теперь у Дивины на руках был разгневанный и вскоре разведенный и обездоленный муж.

Дивина ждала, приготовившись к гневу мужчины. Но вместо взрывной ярости, которую она ожидала, он спросил тихим испуганным голосом: — Никто не знал. Я никому не рассказывал о своих планах. Даже Тиффани.

— Ты даже не потрудился прочитать надпись, когда провожал жену до моего трейлера две недели назад в Парамп? — удивленно спросила она, а потом напомнила: — мадам Дивайн. Позволь ей прочесть и определить твое будущее, — напомнила она ему.

— Да, но это просто… Это мошенничество, — запротестовал он. — Ты — карни. Ты просто обманываешь людей ради смеха.

— Да, конечно, — холодно согласилась Дивайн и наклонила голову. — Тогда почему ты не смеешься?