Самолетики счастья: Юность Петруса

Глава первая. Юность Петруса

Я немного объясню ситуацию, которая сложилась перед участком.

Как, вы думаете, там оказалось столько самолетиков в то время, как Петруса отпускали, и как там оказалась сама Лиззи? Определённо, вы помните о том, что у неё появилась идея, недостойная юной леди. И вот она – эта самая идея. Петрус был очень благодарен ей за этот дождь из самолетиков.

Скоро Петрус вместе с дядей уехали в родовое поместье.

Сразу после этого они принялись за него. Шторы на окнах были открыты, наведен порядок, всю старую мебель продали и купили новую. Петрус вымылся, оделся и стал выглядеть как настоящий джентльмен. У него родилась прекрасная идея: раз дядя не может тратить родительские деньги на себя, пусть потратит их на других.

И вот, на эти средства, заработанные отцом Петруса, был построен благотворительный дом для неимущих и сирот. Работали они там же, получая небольшое жалование на свои нужды. Кто не мог работать или по старости, жил в особняке наравне со всеми. Петрусом были собраны молодые добровольцы, и мальчик, вместе с ними, помогал этим людям. Приют был назван в честь родителей Петруса. Они с дядей каждую неделю навещали подопечных.

Двери школы для мальчика оказались заперты, и ему пришлось заниматься дома. Дядя, хорошо образованный и сведующий во многих областях, учил племянника сам, в том числе и этикету.

Перед отъездом Петрус и Лиззи обменялись адресами и стали писать друг другу письма. В одном из писем пришло еще одно, от маленькой Шарлотты, которая приложила к нему рисунок и сложенный собственноручно самолётик. Петрус очень обрадовался этому письму.

А чем же закончилась история с отелем миссис Эббот и издательством мистера Алденберга? Ах, очень хорошо. Отель миссис Эббот не только не закрылся, а приобрёл даже большую известность благодаря истории с самолетиками, которую осветили в своих газетах сразу два издательства города, а потом и газеты соседних городов. Знакомство мистера Алденберга с миссис Эббот стало более чем приятным: у обоих сложилось такое чувство, будто они знали друг друга всю жизнь. И после долгих и продолжительных встреч миссис Эббот перестала быть миссис Эббот и стала миссис Алденберг-Эббот.

Мистер Алденберг стал менее взрывоопасно относиться к славе «Стрелы» и дал дорогу молодым. Оставив издательство на своего преданного помощника, он стал писать книги и, оставаясь владельцем издательства, давал жизнь рукописям через него.

Конечно, все было не так гладко, учитывая какие сложные характеры были у них обоих. Они ругались, потом мирились, как это обычно бывает. И такие события вдохновляли мистера Алденберга на новый том, а миссис Эббот была первым читателем этих книг. Кто бы мог подумать, что все так обернется?

Чердак в отеле миссис Эббот стал чем-то вроде музейной комнаты, так как там жил когда-то мальчик, который придумал и пускал из того самого окна самолетики со счастливыми надписями. Петрус стал более известен в детских кругах, но и взрослые, которые следили за малейшими изменениями в обществе считали милым подарком преподнести человеку самолетик с пожеланиями. Юные леди исрпользовали самолетики, чтобы найти своего суженого, а один художник даже создал инсталляцию с самолетиками, и она была размещена в одном из музеев.

Что о Бруно, читая о Петрусе в газетах не одну заметку, он был ужасно раздражен каждый раз, когда видел его имя. Бруно завидовал славе «уличного отродья». А когда выяснилось, что Петрус – такой же юный джентльмен из порядочной семьи как и он, а вовсе не слуга, совсем позеленел от злости. В его враге не было ни одного изъяна: Петрус всем дарил счастье, строил благотворительные дома, помогал старикам и посещал больных, веселился с детьми, и даже имел популярность у юных леди. А Бруно таким ничем похвастаться не мог. Один раз ему удалось позлорадствовать, когда наружу всплыли не самые примечательные факты о Петрусе, которые произошли во время его бродяжничества, а также арест, который должен был подпортить его репутацию. Но он нисколько не испортил ее, а даже и поднял мальчика в глазах людей за то, что не сбежал и мужественно принял удары судьбы. Бруно срывал свою злость и бессилие чем-либо испортить Петрусу жизнь на слуг, и с плохо скрываемым раздражением слушал нотации отца.