Сами вы дауны!

Отца Мила видела часто, но интереса к нему не проявляла. Когда приходил, вежливо здоровалась, делая не слишком изящное подобие книксена, и тихонько, бочком, скрывалась в своей «светёлке», как называли ее комнату мама и бабушка. В комнате своей Мила любила все – и бледно-бежевые обои с едва заметными крапинками, которые она называла «дождинками»; и светлую, под бук, мебель; и мягкий, с длинным ворсом ковер. Ковер этот они купили с бабушкой в «Универмаге» и весело везли его на санках по снежным улицам, а потом с трудом тащили по узкой лестнице на их третий этаж. Гуляла Мила не слишком охотно, в свои шестнадцать лет была она тяжеловата, неповоротлива, шумно дышала, поднимаясь по лестнице и, словно старушка, экономила движения. Впрочем, многие молодые люди с таким диагнозом, вели себя так же.

О том, что у нее может родиться ребенок с синдромом Дауна, Нора узнала на пятом месяце. «Потом, все потом. Сначала – ребенок, потом – проблемы», – раз и навсегда сказала она себе, смогла удержать лицо и совсем не стала задавать вопросов угрюмой, хамоватой участковой врачихе-гинекологу. Лишь спустя неделю пошла в библиотеку, где воровато пролистала несколько книг по медицине. Было страшно. Но еще страшнее было остаться без ребенка, это к своим тридцати годам Нора знала точно. А потому вопрос, оставлять ли ребенка, для нее не только не стоял, он попросту не существовал.

Отец ребенка, Вениамин Юлианович Ростоцкий, был человеком занятым. Помимо ответственного поста главного редактора когда-то заводской, а теперь крупнейшей городской газеты, был он обременен несколькими общественными организациями и большой семьей, где одних детей было пять душ. Сам же Вениамин, или Веня, был, несмотря на работу и занятость, человеком довольно слабохарактерным и эмоционально вялым. Дома им умело управляла супруга, на работе он привычно действовал по налаженной еще при заводе схеме. Никаких претензий или притязаний у Норы к Вене не было, да и быть не могло. Матушка Инесса Иосифовна еще во время беременности робко намекнула Норе, что неплохо бы ребенку иметь в перспективе и отца, но дочь резко и навсегда оборвала эти разговоры.

– Ты внуков хочешь или зятя? Определись уже, мама! Или ты уже за алименты переживаешь?