Самая желанная

— Фи?

Хестер Мосс услышала, как хлопнула входная дверь, и застыла.

— Фифи? Куда, черт побери, ты подевалась?!

Фифи?

Хестер тихо ахнула, когда до нее дошло, кому принадлежит этот голос. Будучи ассистенткой принцессы Фиореллы, пока та училась в Бостоне, Хестер встречала разных важных людей, с которыми общалась принцесса, но с ее братом сталкивалась только однажды. Хотя, как и все, знала, что он обычно ведет себя вызывающе, надменен и заносчив. Это, впрочем, неудивительно, учитывая, что он управляет потрясающим островным средиземноморским королевством, которое является любимым местом отдыха и развлечений богачей всего мира.

Хестер понятия не имела, что он собирается навестить сестру. Если бы такой визит планировался, о нем трубили бы во всех газетах. Может быть, он прибыл инкогнито? Но если так, почему он кричит?

— Фифи!

Никто не позволял себе такой фамильярности с принцессой, и уж тем более такого нетерпеливого, даже, пожалуй, возмущенного тона. Хестер захотелось съежиться и спрятаться в своей комнате, но, судя по всему, он вот-вот ворвется в ее спальню. Поэтому Хестер поспешила к двери и вышла в гостиную.

И увидела его, принца Алека Салустри Трискари, мерившего шагами их крошечную гостиную. Он был не только принц и не просто могущественный. Это было гибкое изящное совершенство, и на какое-то время Хестер впала в ступор. Черный костюм безупречно облегал стройное мускулистое тело. Черная рубашка идеально гармонировала с гладким матовым галстуком. В руке он держал темные очки-»авиаторы», и всем своим видом излучал нетерпение и опасность. Ведь он владел всем, что только мог пожелать. Но только сейчас что-то было не так.

Он был зол. Как только его угольно-черные глаза устремились на Хестер, он, казалось, разозлился еще сильнее.

— О! — Выражение его лица изменилось с угрюмого на свирепое. — Вы ее секретарь.

Уже не впервые Хестер оказывалась в положении не того человека, которого ждали и надеялись увидеть.

— Ваше высочество. К сожалению, принцессы Фиореллы здесь нет.

— Я вижу, — процедил сквозь зубы принц. — Где она?

Хестер сделала над собой усилие, чтобы не сжать кулаки и не выдать беспокойство. Ее работа — защищать принцессу Фиореллу от излишнего волнения.

— Она в биологической лаборатории, — ответила Хестер, — вернется примерно через полчаса, если только не решит сначала выпить кофе.

— Проклятье! — Теперь лицо принца стало темнее тучи, и он снова принялся вышагивать по гостиной. — С ней люди?

Хестер кивнула.

— И у нее нет телефона?

— Телефон есть у телохранителя, но принцесса предпочитает, чтобы на занятиях ее не беспокоили. Если хотите, я могу передать ей записку…

— Нет, — отрезал принц. — Я должен поговорить с ней наедине.

Его глаза метали молнии, и у Хестер появилось искушение отправить принцессе записку, несмотря на запрет.

Она осторожно наблюдала, как он вышагивает по комнате.

— Быть может, я могу чем-то вам помочь? — Девушка разозлилась сама на себя, поскольку ее вопрос прозвучал нервно, даже испуганно.

Принц остановился и уставился на нее. Казалось, он впервые ее заметил. Хестер неуверенно взглянула в его угольно-черные глаза и не увидела в них ничего, кроме мрака. В этом мраке могла скрываться большая душа… или ее отсутствие. Она лишь чувствовала, что не может отвести глаз от его красивого лица.

Внезапно она почувствовала ужас, ощутив бессмысленность своего вопроса. Разве она могла ему помочь? Он — принц Алек. Принц Ночи. Принц Греха. Принц Скандала.

Зазвонил его телефон, и он раздраженно ответил:

— Я уже сказал «нет»! Не вижу смысла повторять. Я не сделаю этого. Я уже сказал, что не будет никакого брака. Я не хочу… — Он замолчал и несколько минут слушал, все больше мрачнея. — Тогда мы найдем другой способ. Я не… — Он снова замолчал, потом выругался и перешел на итальянский.

Хестер молча смотрела на свой стол. Больше всего в этот момент ей хотелось исчезнуть… желательно, провалиться сквозь землю. Принц явно позабыл о ее присутствии и не считал необходимым сохранять вежливость.

Мир ждал, что он будет коронован после смерти отца, случившейся десять месяцев назад, но этого не произошло, поскольку плейбой принц Алек не проявлял никакого желания жениться, что было непременным условием его коронации. Газеты всего мира печатали списки лучших невест для принца, но ни одна из них, вероятно, его не впечатлила.

Только за последний месяц он каждый вечер фотографировался с разными женщинами, словно нарочито подчеркивая свой категорический отказ поступить согласно обычаям своей страны и жениться.

Рыкнув что-то неразборчивое, принц сунул телефон в карман и повернулся к Хестер. Пока она отчаянно пыталась придумать какую-нибудь невинную фразу, из спальни, из которой она только что вышла, раздался приглушенный шум. Хестер сумела сохранить бесстрастное выражение лица, но все же не стоило надеяться, что принц ничего не услышал.