Самая сокровенная тайна

Мы с Джошем раньше были обычными братом и сестрой — ну, сводными братом и сестрой. Его отец женился на моей матери, когда мне стукнуло семнадцать, а ему девятнадцать. Бурный роман впоследствии закончился красивой свадьбой, а мы с Джошем в то время были всего лишь дружелюбными незнакомцами. Джош планировал поступить в университет Марса, а я осталась бы с мамой и её новым мужем на орбитальной станции Земли, чтобы закончить последний год в подготовительной школе. Между мной и Джошем, вероятно, не случилось бы никаких отношений, если бы не произошедшая трагедия…

Спустя месяц после свадьбы моя мама и отец Джоша, будучи по профессии ксеногеологами, отправились на медовый месяц — экспедицию по взятию образцов на Пояс Койпера, регион солнечной системы сразу за орбитой Нептуна.

Больше они не вернулись.

Мы получили несколько искаженных радиопередач их последних минут, и, похоже, что они были счастливы до самого конца. У них была только секунда, чтобы увидеть надвигающийся огромный астероид в обзорный экран, прежде чем их корабль столкнулся с ледяной глыбой. В один миг мы с Джошем потеряли родителей.

Я была опустошена. Моя мама была всем для меня, а сейчас я осталась одна и к тому же несовершеннолетняя. У меня оставалось два варианта: встать на попечение государства до конца года, пока я официально не достигну совершеннолетия, или отправиться жить к моей единственной дальней родственнице — двоюродной бабушке Гертруде. Опека государства не лучший выбор, ходили слухи о надругательствах и даже работорговле. С тех пор как люди устремились к звездам, они утратили значительную долю человечности. Так что я решила позвонить моей двоюродной бабуле.

Бабушка Гертруда жила на Титане — крупнейшем спутнике Сатурна — и я не видела её с тех пор, как мне исполнилось шесть лет. У неё были сухие, безжизненные светлые волосы и неестественно яркие голубые глаза, подтянутые пластикой. На самом деле всё в ней улучшено: от её искусственных высоких скул до нереально большой груди. Ей было восемьдесят лет, но она умудрялась выглядеть на сорок, возможно потому, как говорила моя мама, что большую часть своих денег и жизни она тратила на омолаживающие процедуры и пластическую хирургию. Когда я позвонила ей и рассказала, что случилось, она не очень-то и обрадовалась.

— Хорошо, Кассандра, полагаю мы сможем найти для тебя комнату, — сказала она опухшими после инъекций коллагена губами. Выражение её лица было непроницаемым, как после лазерной подтяжки. — Конечно, я не дам им тебя забрать — Миранда бы этого не хотела.

При упоминании имени мамы на мои глаза навернулись слезы.

— Спасибо, — ответила я сквозь слезы. — Я просто… Мне не к кому больше обратиться.

— Конечно же, тебе придется устроиться на работу и оплачивать жилье, — продолжала она. — Жизнь на Титане в наши дни обходится дорого. Учитывая, что атмосфера под куполом нуждается в постоянной очистке, повышение налогов должно покрыть эти расходы. Даже если это и так, почему в мою гостиную всё ещё просачивается жидкий метан? Ответь мне.

— Я буду помогать, — сказала я покорно. — Сделаю всё, что в моих силах. И не беспокойся — я сама займусь переводом документов в новую школу.

— У тебя не останется времени для школы — только если ты сможешь успеть на несколько вечерних занятий, — резко возразила она. — Я же сказала, тебе придется платить по счетам.

— Я буду, — быстро ответила я, — но…

— Никаких но. — Её странные ярко-голубые глаза жадно сверкнули. — Если только у тебя есть сверхспособности, о которых я не знаю. Тебе придется устроиться на низкооплачиваемую работу… о, скажем, на десяти или двенадцатичасовой рабочий день. Этого должно хватить, чтобы покрыть твою долю. И я буду забирать всю твою зарплату. После этого ты можешь отправляться в школу — только если сможешь оплатить транспорт.

— Но… Я хочу закончить подготовительную школу и поступить в колледж, — возразила я. — Это то, что моя мама хотела для меня. Я собиралась поступить на ксенобиологию.

— Что ж, жизнь меняется, — рявкнула бабушка Гертруда. — Я подготовлю для тебя комнату. О, и тебе придется самой купить билет. Надеюсь, ты можешь себе это позволить, поскольку у меня нет лишних денег. — Она погладила свои щеки. — У меня еле хватает средств, чтобы поддержать свой дух и тело.

— Особенно тело, верно? — раздался голос от двери.

Подняв взгляд, я удивилась, увидев стоящего там Джоша. Он прислонился к дверному косяку с хмурым лицом и скрещенными на груди мускулистыми руками.

— Прошу прощения? — Бабушка Гертруда посмотрела на него через экран связи. — Что ты только что сказал?

— Я говорю о вашем лице, леди, — указывая на неё, сказал он. — Во сколько это всё обошлось?

— Почему это… Я не знаю, о чем ты говоришь, — прошипела Гертруда. — Я… я никогда не делала пластику.

— Конечно, ты не делала, — насмешливо сказал Джош. — Значит так, позволь мне кое-что прояснить. Кассандра должна купить билет на Титан.