Самая длинная ночь

…Не потому, что так принято говорить, а потому, что так действительно случилось, непоправимо трагическое — Борис Рабкин ушел из жизни в самом расцвете своего дарования.

Театр привлекал его с детства. Мальчишкой, работая токарем на заводе, он участвовал в заводской самодеятельности. Затем учился в театральном училище, работал актером в Московском театре драмы и комедии.

Он любил и хорошо знал театр. Видимо, поэтому все написанные им пьесы получили сценическое воплощение, доставляя радость и актерам и зрителям.

Диапазон творческой заинтересованности Бориса Рабкина чрезвычайно широк. Он пишет удивительную и добрую сказку «Девочка и короли», в которой завидная изобретательность, неожиданность сюжетных поворотов сочетаются с призывом к человеческой сердечности и социальной справедливости. Его перу принадлежит острая, ранящая раскаленностью противоречий «Ревизия». А между ними романтические пьесы «Солдатская песня», «Самая длинная ночь», «Последний шанс» и «Час ночи» раскрыли нам в Борисе Рабкине писателя, искренне озабоченного самым важным и трудным — судьбой подрастающего поколения. Без дидактики и назидания, с подлинным мастерством, в легкой и свободной манере, которая именно мастерством и достигается, драматург рассказывает нам о наших детях и о нас самих, повинных в том, что они, наши дети, такие, а не иные.

Объединяют же все пьесы Бориса Рабкина единство стиля, идейная и художественная глубина и завершенность.

Л а р и н  Г р и г о р и й  С т е п а н о в и ч.

Ч е б о т а р е в  Н и к о л а й  И в а н о в и ч.

Ч е б о т а р е в а  Е л е н а.

П е т р о в  П л а т о н  Е г о р о в и ч.

Ш у к и н.

М и х а л е в и ч.

С о р о к и н  В и к т о р.

Г о р б у ш и н.

Х а г е н  В и л л и.

Г ю н т е р  М а р и я.

В е д е л ь  А в г у с т.

Г а н к а.

Г р у п п а  п а р т и з а н.

Заброшенная изба в лесной глуши. В узких сенях, разделяющих избу на две части, три двери — в горницу, налево — в холодную половину (двор), прямо — выход из избы.

Действие происходит попеременно то в правой, то в левой части избы, в обоих случаях захватывая сени.

Перенос действия осуществляется либо поворотом круга, либо при помощи света.

Занавес открывается в темноте.

Узкий луч света выхватывает из темноты рацию. Вступает музыка. Это мелодия песни К. Листова «В землянке». Несколько мгновений луч остается неподвижным, затем начинает медленно расширяться. Освещается вся сцена.

Когда действующие лица произносят первые слова, музыка обрывается на полуфразе, оставляя впечатление незавершенности.

Горница.

Мебели почти нет. Стол, лавка, пара табуретов. У стены — нары. На нарах мечется в беспамятстве  Л а р и н. Возле него  Е л е н а — заканчивает перевязку. У стола, пользуясь большим армейским ножом как отверткой, копается в поломанной рации  П е т р о в.

П е т р о в (вдруг перестал работать, прислушивается). Самолет! (Вскочил, кинулся к окну, на ходу бросив Елене.) Фонарь!

Елена уменьшает огонь в фонаре. Петров открывает окно. Слышен далекий гул самолета. Оба напряженно прислушиваются.

Немец. Пропал. Вот снова… Кружит, что ли?

Л а р и н (в бреду). Это западня! Западня! Петров, отводи людей! Мы в мешке!

П е т р о в (быстро подошел). Товарищ старший лейтенант! Григорий Степанович! Это я, Петров. Узнаете?

Л а р и н. Отводи людей! Это западня! Западня. Западня… (Затих.)

Е л е н а. Который раз одно и то же…

П е т р о в (смотрит на часы). Час пять минут. Пора бы вернуться разведке… (Сел к столу, снова принялся копаться в рации.)

Е л е н а. Разбираетесь?

П е т р о в. У нас при заводском клубе был кружок радиолюбителей.