Сага о пурпурном зелье (СИ)

Главный дознаватель Замвера, что на юго-восток от столицы, хлопнул скрученными листами по столу:

— Опять Длинный. Пишут, его банда еще два обоза ограбила.

Его помощник, младший дознаватель Сержио Смарт поднял голову от коробки с пыльными бумагами:

— Много порешил?

— Из первого двух в охране. Из второго никого. Торгаш быстро сообразил, крикнул бандитам, мол, деньги тут, и кошелек им бросил. Длинный подхватил кошель, проверил и увел своих в лес. Торгаш, конечно, всё не отдал, но Длинному хватило.

Уже больше года банда Длинного налетала на путешественников Алонсийского королевства. Каждый раз в разных местах, на разных дорогах. Каждый раз похоже: высматривали, у кого деньги, и пока разбойники завязывали бой с охраной, высокий и тощий как жердь главарь с парой подручных пробивался к нужному человеку, приставлял меч к груди и требовал кошель. Кто не шевелился, падал бездыханным. До смешного дошло, стали уже готовить отдельный кошелек — для Длинного, если покажется. Как дань, чтоб его демоны подрали! Людей, кроме охраны, не трогал. Налетят, деньги возьмут, Длинный свистнет — и пропали средь деревьев. Лишним себя не обременяли, ни пленниками, ни товаром, потому и двигались быстро. Один из головорезов как-то потянул верещащую девицу с повозки. Главарь рыкнул:

— Брось!

Бандит попробовал возразить:

— Длинный, девка же… — договорить не успел, меч Длинного вышел у него из спины. Так и узнали, что это — Длинный.

Крестьяне, все как один, ничего не знали. Только нищий-калека, когда его накормили и напоили, проговорился: "Так Длинный им деньгой платит, и за постой, и за харч". С таким разбойником бей селян, секи — не выдадут.

Дознаватели со стражей по селам ездили, присматривались, но кто ж их разберет, может, это батрак новый, а может, кто из банды Длинного ночь коротает.

Главный дознаватель Замвера зло барабанил пальцами по столу:

— Умный, с-собака. Бандиты на чем попадаются? — он глянул на помощника, и тот с готовностью изобразил внимание. Дознаватель начал загибать пальцы. — Жадность — раз. Выпивка — два. Бабы — три.

— Значит, взять его не на чем?

— Рано или поздно и он ошибется, или люди его. Пока еще он банду держит в кулаке, но всему свой срок. Главное, чтоб уйти не решил. Хотя… жадность его сгубит. Точно говорю. Если не бабы и выпивка, то жадность.

Младший дознаватель вздохнул. Вот бы каким делом заняться. А то копайся тут в пыли… Его мечты грубо прервали:

— Чем вздыхать, пойдешь по веселым домам.

— Чего-о-о?

— Того, — хохотнуло начальство. — Посмотришь, может у кого из девок мелькнет браслет, который давеча с трупа полюбовницы бургомистровой сняли. Возьми серебро на выпивку, ежели ждать придется, так с кружкой посидишь. На девок не даю! Скажешь, никто не понравился, и вали в следующий.

Сержио вздохнул и поплелся по злачным местам. Подумалось, что половина его дружков порадовалось бы такой работе. Но о том ли мечтал выпускник Столичной Штудии? И-эх…

В первом ему "никто не понравился", хотя вон та брюнеточка была хороша, но ночь короткая, надо много успеть. Во-втором все три девицы оказались заняты, и Сержио плюхнулся на свободный стул у короткой стойки. Стульев, собственно, было два, и на первом уже клевал носом хорошо нагрузившийся бородатый субъект. Открыв глаз, детина покосился на Сержио. Тот состроил скучающее выражение и взял кружку. Увы, субъекту хотелось поговорить:

— Тож ждешь?

— Угу, — младший дознаватель помнил урок лорда Читла: "В праздных разговорах с самыми невзрачными личностями можно узнать весьма полезные вещи. Не манкируйте, штуденты, возможностию случайных бесед". Урок-то он помнил, но больно не хотелось.

— И я жду. Эх. Девки тут, говорят… — субъект обрисовал руками нечто фигуристое. Н-да, не хочется разговаривать, но придется.

— А тощих нет? Я тощих люблю, — Сержио решил добавить в разговор интереса.

— То-о-ощих… Эт тебе, брат, в столицу надо. Там, говорят, тощие девки пошли. Голодом морются, что тощщщее быть, — субъект фыркнул в кружку и закашлялся. — А мне, наоборот, чтоб… — он снова обрисовал фигуру руками.

Сержио решил блеснуть знанием женского полу, которого у него, если быть честным, водилось негусто:

— Дык таких, — он повторил фигуру за субъектом, — в каждой деревне…

Субъект отчего-то загрустил, вздохнул и наклонившись к плечу младшего дознавателя (тот едва не задохнулся) доверительно проговорил:

— Деревенских Длинный трогать не велит. Ежели только вдовушку какую сговорить за серебряк, но нас много, вдовушек на всех не хватает, гыгы, — и махом выдул остатки эля. Сержио присосался к своему, чтоб не выдать дрожи. Храни вас Пресветлые, лорд Читль, храни вас Пресветлые.

— Эй, человек! — Сержио махнул мужику у стойки. — Еще по кружке мне и моему другу. — Преодолев себя он хлопнул субъекта по плечу, осторожно хлопнул, чтоб тот не упал со стула. — Да чего покрепче!

— Чего покрепче, то серебряк стоит.

Сержио кинул на стойку два серебряка, дождался кружки и проследил, чтоб субъект благодарно схватился за подношение.