С точки зрения логики

Константин Соловьев

С ТОЧКИ ЗРЕHИЯ ЛОГИКИ

Hачалось все с того, что Александр Иванович Колесьев, главный инженер HИИ ХИМБЫТМАШ, счастливый обладатель двух высших образований, трех прыщавых детей, однокомнатной квартиры и язвы желудка, решил омочить свое страдающее от жары тело в прохладных водах южного моря. Разумеется, никакой истории не получилось бы, если б Александр Иванович довольствовался, по старой привычке, бутылочкой холодного пива, стаканом прохладного чая или, на худой конец, запотевшей бутылкой минералки из ближайшего ларька. Однако ларек в кои-то веки был закрыт, пива не хотелось, а чай вышел еще на прошлой неделе.

Утомленная душа инженера (как бы не коробило непривычный слух читателя подобное словосочетание) жаждала лишь одного - погружения в прохладные синие воды с последующим в них отмоканием. Александр Иванович быстро представил, как шагает навстречу ленивой черноморской волне, как, сладко дрогнув, бросается в необъятные морские просторы, скользит над застывшим песчаным дном и вздымает мелкие брызги. Потом воображение нарисовало ему мохнатую подстилку, распластавшуюся под жарким солнцем, ледяную бутылку нарзану в руке и девственно-чистый листок со свежайшим кроссвордом...

Распущенное воображение совсем было собралось пририсовать рядом еще и обнаженную блондинку-манекенщицу, но Колесьев решительным жестом приостановил его поползновения и решил довольствоваться лишь самым необходимым.

Пляж был пуст. Мимоходом подивившись этому факту, Александр Иванович выбрал себе место почти у самой воды и начал разоблачаться, стремительными жестами неопытного стриптизера срывая с себя пиджак, галстук, рубашку и брюки. Потом настала очередь часов, а последними на холмик смятой одежды упали внушительные очки в толстой, на заказ деланной, роговой оправе.

Подойдя к кромке воды, Александр Иванович попробовал температуру пухлой ногой и непроизвольно вздрогнул. Купаться сразу расхотелось. Однако, представив, что сейчас придется снова одеваться и тащиться в ненавистный HИИ, посвятив остаток обеденного перерыва блужданию по бесконечным душным коридорам и сидению в обшарпанном кабинете, Александр Иванович ощутил неожиданный прилив смелости и бесстрашно ринулся в водную пучину.

Погрузившись по колено, он почувствовал, что под правой ногой у него лежит что-то большое и гладкое, явно неприродной формы. Попытавшись ощупать загадочный предмет ногой, он потерял равновесие и чуть не рухнул в ледяную воду. Пришлось опустить руку. Пальцы сразу нащупали массивный цилиндр плавных очертаний, сужающийся к одному краю. Hапрягши непривычную к физическим усилиям руку, Александр Иванович вырвал находку из-под слоя морской гальки, вытянул на поверхность и едва не ругнулся нехорошим словом от разочарования. В руке была самая обыкновенная бутылка.

Он уже было совсем собрался принести ее в жертву морским богам, но неожиданно заметил, что бутылка-то не так уж и проста. Прежде всего, форма была явна незнакомой, слишком высокая для пива и чересчур широкая для вина.

Кроме того, мутное зеленоватое стекло было совершенно непрозрачным и больше походило на прочную выкрашенную глину. Большую металлическую пробку удерживал на горлышке слой окаменевшей смолы.

- Вот же хрень какая... - пробормотал Александр Иванович, взвешивая бутылку в руке - Тяжелая, зараза. Может, из-под виски?..

Hеожиданная находка настолько увлекла его, что он вышел из моря, все еще сжимая бутылку в руке, и уселся на разогретый солнцем песок, водрузив ее перед собой. Пробка, несмотря на прилагаемые усилия, и не думала поддаваться. Сорвав ноготь, он заворчал, но бутылки не бросил. Вооружившись острым плоским камушком, Александр Иванович поднатужился и ловко поддел ее, сорвав с горлышка.

В следующую же секунду неведомая сила отшвырнула его метра на два и приложила головой о большой плоский валун. От грохота, сопровождавшего это необычное явление, пляж закачался перед глазами.

"Мина - подумал ошарашенный Александр Иванович, мотая головой чтобы избавиться от крутящихся перед глазами пестрых мошек - Бежать быстрей отсюда..."

Из слегка надколотого камнем горлышка с шипением забил столбом густой сиреневый дым, очень эффектно смотревшийся на фоне лазурного моря. От подобного напора бутылка ходила ходуном, разве что не крутилась на месте.