С тобой я дома. Книга о том, как любить друг друга, оставаясь верными себе

Когда мне было чуть больше двадцати и я только-только вышла замуж (первый раз), мне в руки попалась книга, перевернувшая мои представления о любви. Удивительно, но это был не учебник по семейной психологии и не мемуары, в которых автор делится секретами долгого счастливого брака. Это был роман про карьеру, прославляющий амбициозность, сильное творческое эго и личную ответственность – «Источник» американской писательницы и философа Айн Рэнд.

Именно там я встретила слова, которые врезались мне в память: «Чтобы сказать: “Я тебя люблю”, надо научиться произносить Я»¹.

Мне понадобилось много лет, чтобы понять зачем.

Когда ты юн, о любви ты имеешь представление в основном из уроков литературы, песен про «одинокого голубя на карнизе за окном» и музыкальных клипов. Медиакультура преподносит нам любовь как вечные страдания, завернутые в красивую обертку с эффектом драмы. Не имея альтернативы, усваиваешь именно это: любовь – не про тихую радость, а про «страстно ссориться, уходить и возвращаться», и чем ярче в отношениях эмоции, тем она «настоящее». И мы настолько увлекаемся силой чувств, накалом страстей, яркими и эффектными жестами, что теряем из вида самих себя – со своими границами, ценностями и глубинными потребностями.

Тратя непомерно много внимания на внешний лоск и эмоциональную мишуру, мы редко задаем себе важный вопрос: «Что эта любовь со мной делает?» Каким человеком я становлюсь в этих отношениях? Что происходит с моими мечтами, желаниями и целями? Какие задачи и вызовы появляются передо мной – и как я на них отвечаю?..

И только с возрастом и опытом начинаем что-то понимать про любовь. Например то, что в «мы» ценно каждое «я». Каждый из нас – половина любых отношений, не четвертинка, не краюшка.

Недаром подзаголовок этой книги: «Как любить друг друга, оставаясь верными себе». Если безвозвратно потеряться в «мы», предав себя и свою непохожесть, то можно получить что угодно, кроме любви: от эмоциональной зависимости до полного растворения.

Но что мы знаем о своем «я» в юности? В лучшем случае – что оно у нас есть, но его никто не понимает.

Когда ты только-только учишься любить, имея в запасе лишь не очень счастливую родительскую историю и сомнительные наставления родственников, то ориентиров, с которыми можно сверяться в дороге, нет. Возраст юн, карьера только начинается, мысли о детях пугают, а родители по-прежнему родители – заглядывают через плечо, что ты там в тетрадке своей выводишь, и недовольно бурчат, увидев помарки. Постепенно накрывает серьезностью происходящего: здравствуй, ответственность; здравствуй, быт; здравствуйте, скучные взрослые вопросы.

Мы взрослеем, сталкиваемся с трудностями – и только тогда начинаем что-то понимать о том, чем является любовь именно для нас – очищенная от шелухи красивых картинок и иллюзий.