Рыжий, честный, влюбленный

На первый взгляд, дети были как дети, урок как урок... вот только по какому предмету? Учительница, склонясь над журналом, постукивала по столу почему-то... куриной косточкой! Очень как-то ловко вращалась эта обглоданная кость в учительских пальцах с необычайно длинными и острыми алыми ногтями. Цепенящее зрелище – особенно, если кого-то должны сейчас вызвать к доске!

Если б вы бегло осмотрели таблицы и схемы, развешенные по стенкам, вы точно решили бы: это урок зоологии. Что же еще, если одни стенды посвящаются кряквам, чиркам, казаркам, гоголям и бекасам (под общим заглавием «У всякой пташки – свои замашки»), а другие толковали про мышей и сусликов? Один плакат неожиданно сообщал: «Калорийность хомяка тоже очень высока!»; но приписка от руки, сделанная наискосок, возражала: «Ел. Невкусно, ерунда. Вот индейка – это да!»

Но это еще не самое странное. Над классной доской красовался загадочный девиз, выложенный из шишечек:

«ХИТРОЛОГИЯ – НАУКА ЖИТЬ ПРИПЕВАЮЧИ!»

И подпись: «Ларсон 1-й».

Выходит, мы оказались на уроке хитрологии? Что это еще за предмет такой?

Сама учительница тоже была непростой штучкой. На детей она смотрела сладко, умильно, следовало бы сказать – приторно, если бы не капля иронии в ее улыбке и голосе. Урок она вела, не снимая шапки благородного рыжевато-седого меха. И позволяла себе выгибаться затейливо – упрется, скажем, подбородком в свой лежащий на столе кулачок, а переплетенными ногами – в первую парту. Речь ее была медоточива и переливалась нотками то капризными, с ленцой, то интригующими, а иногда – такими, словно вот-вот она запоет:

– Ну что, детоньки? Никто не помнит ни одного стишка на интересующую нас тему? Фу, нехорошо... – ворковала она, а зрачки между тем сужались и делались вдруг холодными, почти жестокими. – Я не прошу знать их много... Но ведь есть стишки и песенки, которые мобилизуют! И даже как-то нацеливают! Вот, например, – про кого я напою сейчас? Ну-ка?

– Про кур! Про цыплят! – обрадованно угадал почти весь класс. И ученики стали со смехом и смаком повторять друг другу: «Ваш извилистый путь устремлен...»

Настало время про учеников сказать. Вы сроду в таком классе не бывали! В первые минуты казалось – помещение сплошь залито солнцем, все так и сияет, будто надраенная медь! Но, оглядевшись, вы поймете: солнце за окнами – спокойное, умеренное, а просто все ученики до единого – рыжие здесь. Нерыжих нет! Хотите верьте, хотите – нет, но класс полыхает без огня!

– Но в чей суп, в чей бульон устремлен их путь? – спросила насмешливо учительница, и колени подтянула к самому подбородку, утвердив каблучки на сиденьи. (Тут вы поймете окончательно, что попали в какую-то диковинную школу: ну не сидят так педагоги, не положено им!).

– Чтобы это был ваш бульон, славные вы мои, надо, чтобы ваша психология была не так проста... Объегоривать этих симпатяг – пара пустяков, но на пути к ним стоят их сторожа и хозяева – вот где понадобятся наши уроки...

– Как это – объегоривать? – спросил учащийся лет 9-ти, худенький и серьезный.

Раздались тут и там смешки: очевидно, это понятие знали все, кроме него; оно было элементарное.

– Меня два дня не было... извините, – в досаде на себя, на свой неуместный вопрос, пробормотал худенький.

– Пойди-ка сюда, Людвиг, – пригласила учительница.

Безо всякой охоты, почти проклиная себя за то, что высунулся, Людвиг пошел к доске.

– Чтобы лисенок из такой семьи не знал, что такое объегорить... – вслух удивилась учительница. – Надуть. Провести. Смухлевать. Обжулить. Одурачить. Обвести вокруг пальца. Облапошить. Околпачить. И – объегорить... Ну – вспомнил? нет?

– Ах, это все – одно и то же? – спросил Людвиг и усмехнулся разочарованно. – А я-то думал...

– Что? Что ты думал?

– Вы запели... там стихи были хорошие... я и подумал, что сегодня что-то новенькое будет...

– У тебя, дружок, со «стареньким» еще не все благополучно! Вот, – учительница заглянула в журнал, – полюбуйся сам: три точки подряд по практической хитрологии! А по идее, это не точки должны быть, а – единицы! Просто я хитрю сама с собой – неудобно мне ставить кол правнуку Ларсона Первого! Правнуку Лиса, который основал хитрологию как науку... Стишки тебе понравились? На здоровье. Но они – лишь приправа... соус, так сказать. Главного-то блюда они не заменят...