Рыцарь, кот и балерина. Приключения эрмитажных котов

Кот Васька вполне мог бы прожить жизнь самым обыкновенным, заурядным котом, каких вокруг пруд пруди. Но случилось так, что в Васькину судьбу с самого рождения вмешалось одно необычное обстоятельство: он появился на свет не в доме, квартире или на улице, а в самом настоящем дворце. Да не просто «во дворце», а в том самом, где много-много лет назад, до революции, жили русские цари. В знаменитом на весь мир санкт-петербургском Эрмитаже.

Васька был не одинок в своей избранности. Сотня или около того кошачьих селились в музейном подвале на вполне себе законных основаниях. Более того, состояли в Эрмитаже на службе. Музейные работники кошек подкармливали, лечили, чесали за ушами и даже обещали соорудить для них домики, где будет уютно и тепло во время ветреных, промозглых питерских зим. Понятное дело, все это счастье перепадало Ваське и его сородичам не просто так. Днем и, самое главное, ночью они охраняли музей от вездесущих крыс и мышей, грызущих все, что попадается им на зуб, а в особенности написанные маслом картины. Как вы понимаете, с точки зрения крысы выдающийся шедевр живописи ничем не отличается от какого-нибудь промасленного мешка. И даже небольшой шайке крыс не составит никакого труда превратить его за пару часов в кучку бесполезной трухи. Потому по вечерам, когда музей закрывал свои высокие двери, коты и кошки дружно разбегались по опустевшим залам, а ближе к полуночи поодиночке начинали возвращаться обратно и докладывали об обстановке позевывающему дежурному.

– В зале «Испанская живопись» чисто.

– В зале «Средние века» все в порядке.

– В гардеробе странный запах, но на мышей не похоже. Наверное, висело пальто любителя хомячков или морских свинок.

Хотя обычно донесение звучало именно вот так – «ничего подозрительного», война у кошек с грызунами шла нешуточная. И долгая-предолгая! Васька в кошачьих кругах слыл котом образованным, так как имел привычку прислушиваться к тому, о чем вещают музейные гиды. Потому хорошо был осведомлен о самой затяжной в истории войне между рыцарями Англии и Франции, продолжавшейся с перерывами более ста лет и называвшейся оттого Столетней. А вот эрмитажные кошки воевали с грызунами уже два с половиной века. То есть почти Трехсотлетняя война. Причем без малейшего шанса хотя бы на временное перемирие.

Началось это великое противостояние еще при императрице Елизавете Петровне, дочери Петра Великого. Из поволжского города Йошкар-Олы, что именовался тогда Царевококшайском и славился на всю Россию свирепыми бойцовыми котами, привезли на подводах в столицу тридцать самых отъявленных драчунов. Здесь кошачьи сразу почувствовали себя аристократами. Относились к ним гораздо лучше, чем к прислуге. Пускали гулять где угодно по императорским покоям и кормили свежей телятиной. Даже революцию и Гражданскую войну эрмитажные коты, в отличие от своих хозяев, пережили вполне благополучно. Только в Великую Отечественную, когда город почти на три года осадили фашисты и начался голод, им пришлось несладко. Кого-то съели, кто-то сам погиб в подвалах от холода и голода, став добычей для расплодившихся грызунов. Но едва фашистов отогнали, на Московский вокзал прибыли четыре вагона дымчатых крысоловов из Ярославля, а чуть позже пять тысяч охотничьих котов из далекой Сибири. Васька, собственно, и вел свою родословную от прапра и так далее бабушки ярославской дымчатой кошки и прапра и так далее свирепого сибирского кота дедушки, соединивших свои судьбы в разгар жестокой войны с крысами в послевоенном Питере. Васька, спору нет, гордился столь славными предками. Но сам, признаться, был весьма далек от мыслей о героической, полной лишений и опасностей жизни. Другие эрмитажные коты ценили его не за крутой нрав, а за ум и рассудительность. Потому и выбрали еще молодого, недавно справившего свой четвертый день рождения Ваську предводителем всего местного кошачьего племени, в знак чего тот носил особый знак отличия – почти невидимую для глаз тоненькую золотую цепочку вокруг шеи.