Рыбы. Свидание с мечтой

Полина шла по улице, напевая себе под нос:

Блестели стекла витрин, в них отражалась по-весеннему одетая толпа. На плитках тротуара растекались золотые полосы и прыгали по весенним лужам солнечные зайчики. Полина жмурилась от удовольствия, из наушников плеера звучал голос Джо Дассена. И, если не присматриваться к грязным сугробам у обочин, рекламным плакатам и вывескам, а только идти вот так, жмурясь от солнца, млея от восхитительной французской песенки, можно вполне представить себе, что вокруг не центральная улица родного города, а самые настоящие Елисейские Поля.

Полина бредила Парижем. Она запросто могла вообразить себе Латинский квартал с его Пантеоном, Люксембургским садом, музеями и уютными кафе, где так вкусно пахнет кофе и выпечкой. Или знаменитый Монмартр с его улочками и базиликой Сакре-Кёр. Ей ничего не стоило представить себе восхитительную Амели – любимую героиню из одноименного фильма. Именно с ней, с Амели, частенько сравнивала себя Полина, хотя, если честно, общего между ними было не так уж много. Даже, скорее всего, ничего не было.

Полина взглянула на свое отражение в одной из витрин: ну, чем не француженка! Высокая и худенькая, клетчатая юбка до пят и вышитая джинсовая куртка, пышные длинные волосы свободно лежат на спине и плечах. Хороша девушка! Вот, если бы не очки… Но без очков она не могла – слишком сильная близорукость.

Полина отвернулась от своего отражения и прибавила шагу. Она опаздывала. Урок с преподавателем должен был вот-вот начаться – теперь она занималась индивидуально. Противная художественная школа осталась в прошлом.

В художественную школу ее когда-то отвела мама. Полина все время что-то рисовала, то по памяти, то с натуры. Весь дом был завален альбомами с карандашными и акварельными набросками. Мама подумала и решила – ребенок должен учиться. Она хотела как лучше.

Когда мама спросила маленькую Полину: «Хочешь учиться рисованию?» Полина удивилась: «Разве рисованию можно научиться», – спросила она в свою очередь. Мама, как могла, рассказала о художниках, даже сводила Полину на выставку. Так сказать, для наглядности. Девочка слушала и смотрела очень внимательно. Она была послушной дочерью.

Но! В школе ей не понравилось. Полина помнила, как на первом занятии нервная тетенька с растрепанными перетравленными краской волосами водрузила на подставку кубик и велела рисовать его. А ей не хотелось рисовать скучный кубик. Но она все-таки нарисовала его. Правда, не так, как хотелось тетеньке. Полинин кубик получился разноцветным, и еще он парил в облаках!

Тетенька возмущенно фыркнула и велела все переделать, то есть нарисовать заново. Полина подчинилась. И с тех пор в художественной школе она быстренько малевала унылые предметы, которые ставили на подставку, а дома погружалась в свой красочный мир и продолжала разрисовывать альбомные листы смешными животными, фантастическими пейзажами и людьми, такими прекрасными, какими они никогда не бывают в реальной жизни.

Полинины рисунки мертвых фруктов брали на выставки детского творчества, а чудные акварели хранились дома в больших папках. Преподавательница сообщила маме, мол, Полина звезд с неба не хватает. Чтоб та не обольщалась. Но Полине не было до этого дела.

Когда она немного подросла, мама научила ее шить. У Полины появилось новое поле для творчества. Оказалось, ткань ничуть не хуже бумаги! Из ткани получаются удивительно красивые вещицы: мягкие игрушки, кухонные прихватки, фартучки… А потом Полина сшила свою первую юбку (с помощью мамы, конечно). И с гордостью появилась в ней в школе. Одноклассницы ахали. Юбка была один в один, как в новой коллекции весьма известного кутюрье. Понятное дело, у Полины материальчик был попроще, да и фурнитура поплоше, но в целом юбка выглядела потрясающе. Так казалось Полине. Но мальчишки-дураки высмеяли ее. Особенно Мишка. Подошел и во всеуслышание спросил:

– Полинище, а чё это ты так вырядилась? Чё за прикид? С бабушки сняла?

Бесцеремонный, ужасно! Полина тогда ничего ему не ответила. А дома затолкала злополучную юбку подальше. Но шить не перестала, только теперь модели выбирала поскромнее, чтоб ее вещи не слишком бросались в глаза.

Потом она попыталась наносить на ткань краску – ей хотелось самой разрисовывать свои футболки. Но у нее ничего не получилось. А мама посоветовала купить специальные краски для ткани.