Пушкарева - «А се грехи злые, смертные…». Русская семейная и сексуальная культура. Книга 3

РУССКАЯ

ПОТАЕННАЯ

--

«А СЕ ГРЕХИ ЗЛЫЕ, СМЕРТНЫЕ...»

Русская

семейная и сексуальная культура глазами историкоВ, этнографов, литераторов, фольклористоВ, прабоВедоб и богослобоВ XIX-начала XX Века

Книга 3 •

Издание подготовили Н. Л. Пушкарева, Л. В. Бессмертных

УДК 39(47) ББК 63.5(2) All

Федеральная целевая программа «Культура России» (подпрограмма «Поддержка полиграфии и книгоиздания России»)

Ответственный редактор

Н. Л. Пушкарева

Составление Л. В. Бессмертных, Н. Л. Пушкаревой

Библиографические описания Л. В. Бессмертных

Репродуцирование (воспроизведение) данного издания любым способом без договора с издательством запрещается

© Н. Л. Пушкарева. Состав, 2004.

ISBN 5-86218-445-7 (Кн, 3) © Л. В. Бессмертных. Библиографические ISBN 5-86218-398-1 списки, описания, состав, 2004.

ПРЕЛЮБОДЕЯНИЕ И РАЗВОД «ПО ВИНЕ ЛЮБОДЕЯНИЯ»

CJOUUUUUUUUUUUUtXXJU

А. И. Загоровский О РАЗВОДЕ ПО РУССКОМУ ПРАВУ

ОБ ИСТОЧНИКАХ РУССКОГО БРАКОРАЗВОДНОГО ПРАВА В ХРИСТИАНСКУЮ ЭПОХУ

Правила о разводе, получившие силу в нашем отечестве со времени принятия христианства нашими предками, ведут свое начало от тех постановлений, которые помещались в особых сборниках церковно-светского права или в так называемых Кормчих книгах. Впоследствии один из видов этих Кормчих получил официальную редакцию в печатной Кормчей, которая стала надолго источником положительного церковного права. Поэтому для уразумения и выяснения бракоразводного законодательства не только в эпоху до Петра Великого, но и вплоть до настоящих дней, к какой бы конечной цели это выяснение ни клонилось — чисто научной или практической, — настоит надобность в исследовании этого первоисточника наших брачных законоположений. Но так как Кормчие книги представляют из себя, главным образом, сборник узаконений Восточной Церкви, и притом лишь в известной стадии исторического развития этих узаконений, то поэтому само изучение Кормчих немыслимо без предварительного, хоть краткого, ознакомления с церковно-гражданскими постановлениями Восточной Церкви. В силу этого мы, прежде чем заняться исследованием Кормчей по занимающему нас вопросу, бросим взгляд на состояние законодательства Восточной Церкви вообще.

До разделения Церквей не может быть, конечно, и речи о специальных канонических постановлениях Восточной Церкви, а можно говорить о каноне всей Вселенской Церкви, хотя, как, несомненно, доказано: различия в постановлениях второстепенных той или другой поместной Церкви всегда существовали как в первые времена христианства, так и в последующие. Ввиду этой последней причины, а также ввиду того, что узаконения Русской Церкви ближайшим образом связаны с постановлениями Церкви Восточной, и мы, следя за каноном всей Церкви (поскольку он касается развода), будем обращать внимание и на те особенности, которые свойственны Восточной Церкви.

Основатель христианской религии и Церкви завещал нам Свое великое наследство устами Своих учеников, а эти последние сохранили его миру в своих творениях, т. е. в Евангелии. Поэтому зерно всех постановлений Церкви должно заключаться и действительно заключается в этой великой книге. Там же мы находим и первые руководящие правила о разводе.

Но прежде, чем познакомиться с этими правилами, надо хоть в самых общих чертах указать на состояние еврейского бракоразводного права, так как оно послужило отправным пунктом для Самого Спасителя при изложении учения о разводе¹.

По первоначальной идее своей, ветхозаветный брак, как и новозаветный, должен был служить источником высшего и полного единения мужчины и женщины². Но идее этой суждено было недолго жить в народе еврейском. Первые страницы его бытописателя показывают, что нравам и привычкам этого народа такой идеал брака был не по плечу: уже в 6-м колене, после нашего прародителя, стала практиковаться полигамия³ — форма брачного сожития, далекая от объединения двух в одну плоть. Эта полигамическая форма брака и затем законодательство Моисея, имевшее целью (как сейчас увидим) по возможности урегулировать отвержение жен, дают право с достаточной вероятностью предположить о существовании до Моисея большой свободы развода. Правда, что в Пятикнижии мы не находим указания на такую свободу (кроме случая с Агарью, бывшей наложницей, а не законной женой), но это умолчание, быть может, вытекает именно из той заурядности, которую представляли собою тогдашние разводы.