Дипломатическое развязывание русско-японской войны 1904-1905 годов

Б.А. Романов

Дипломатическое развязывание русско-японской войны 1904-1905 гг.

I

Когда 20 июля 1903 г.+1 Курино, японский посланник в Петербурге, передал гр. Ламодорфу, министру иностранных дел России, свою "вербальную ноту" с предложением "войти в рассмотрение положения дел на Дальнем Востоке, где встречаются их, России и Японии, интересы", - выступление это было полностью согласовано с британским кабинетом. Еще 3 июля Гаяси - японский посол в Лондоне - обратился к маркизу Лэнсдоуну с сообщением, что "следя с пристальным вниманием за развитием дел в Маньчжурии", японское правительство решило отказаться от "позиции бдительной сдержанности", так как "последнее выступление (в апреле 1903 г. - Б.Р.) России с требованием от Китая новых условий, консолидирующих ее власть в Маньчжурии", "заставляет его думать, что Россия оставила намерение... уйти из Маньчжурии", что "неограниченная постоянная оккупация Маньчжурии Россией создает положение, чрезвычайно пагубное для интересов, защита которых являлась целью при заключении англо-японского союза", и что "пришло время изменить политику".

Изложив условия соглашения с Россией, Гаяси указал, что их отклонение поведет к ответственности России за результаты, каковы бы они ни были. Лэнсдоун, конечно, полюбопытствовал, "какие шаги Япония предпримет, если Россия не обратит внимания на ее представления?" Гаяси ответил незнанием. Лэнсдоун указал тогда на "крайнюю важность" соглашения с США относительно их действий в этом вопросе. Гаяси промолчал, а затем предложил английскому правительству "полный и свободный обмен взглядов относительно общих интересов обеих держав" и, со своей стороны, спросил о шагах, какие предполагает предпринять Англия для защиты своих интересов. На последнее, в свою очередь, не ответил Лэнсдоун. Он обещал передать весь вопрос на обсуждение британского кабинета.

Пребывание в Лондоне министра Делькассэ с президентом Французской республики, как раз в эти дни ведших переговоры о заключении англо-французской "entente", несколько задержало английский ответ на японское предложение, и обмен меморандумами по всей форме последовал (13 и 16 июля), когда окончено было с французами. Британский кабинет одобрил японские условия с тем, что "японское правительство будет держать английское правительство полностью в курсе переговоров с Россией", и с тем чтобы переговоры шли в полном согласии с англо-японским союзным договором. Япония со своей стороны потребовала "строгой секретности" переговоров и отвергла какое-либо участие США, а японский министр иностранных дел Комура, кроме того, подчеркнул еще, что желает вести переговоры "непосредственно с Россией" и что "всякая отсрочка в этом деле будет только провоцировать войну" ("они хотят действовать одни и, так как их интересы более животрепещущи, чем наши, и так как они подготовлены идти дальше, я думаю, что они правы", - добавлял от себя Макдональд, английский посол в Токио +2).

Даже из этих скупых (только теперь и пущенных в публикацию) дипломатических формулировок видно, что дело предпринималось в расчете развязать войну под предлогом затяжки дипломатических переговоров противной стороной. Да Комура и сам признавался, что "лично он не думает, чтобы русские имели в виду вести переговоры", а Макдональд считал, что "твердость в ведении дела с Россией скорее привела бы к мирному соглашению, чем политика чрезмерного соглашательства", и именно потому воздержался сказать это Комуре, чтобы "избежать всего, что могло хотя бы в малейшей степени иметь вид подстрекательства к поспешному образу действий", - дело, которое английская дипломатия предпочитала возложить на свою прессу. Именно в этой связи осторожный в своих дипломатических письмах Макдональд упомянул, что Ито "очень хочет соглашения с Россией во что бы то ни стало" и что Ито "утверждал, что нынешние затруднения японского правительства и действия России в Маньчжурии и на границе Кореи являются прямым следствием англо-японского союза" +3. Макдональд отражал здесь только общую позицию английской дипломатии: поглубже спрятать пружину, которую она, очевидно, хотела до конца держать в своих руках. Выступление лорда Кренборна по адресу России (11 июля в палате с заявлением, что Англия не против соглашения с Россией) было предпринято в момент, когда благословение Лондона японцам еще не было дано и должно было иметь вид акта, исходившего из дружественной царизму французской инициативы, проявленной Делькассэ в бытность его в Лондоне. На деле это было выступление, параллельное японскому, прикрывавшее Лондон от упреков, которых так боялся Макдональд.