Русалка в черной перчатке

Николай Сычев не верил в деревенские байки. Он был рад тому, что наконец-то появилась работа.

Изначально переезд в деревню, в опустевший родительский дом, казался ему хорошей идеей. От постоянной городской суеты случались нервные срывы, коллеги просто бесили, а проклятый этот пенсионный возраст никак не наступал. Когда по телевизору показывали, как очередной псих хватается за ружье и расстреливает всех подряд, Николай, в отличие от многих, не спешил сразу осуждать. Потому что не зарекался: вдруг и его так однажды разум подведет!

В конце концов он решил, что ждать больше нельзя. У него ведь на работе было оружие! Он в жизни самоконтроль не терял, а тут вот бояться стал… Поэтому Николай, не жалея ни о чем, уволился, продал комнату и уехал в деревню.

Он был не настолько наивен и далеко не молод, поэтому о сельской романтике речи не шло. То, что встретит его холодный барак с заколоченными окнами, он знал. Это ерунда, если руки откуда надо растут, можно все наладить!

Смущало другое: деревня словно зависла в болоте времени. Она даже не пыталась выкарабкаться в прогресс и продолжала тонуть в мыслях о прошлом. Не очень, кстати, и счастливом. Немногочисленные местные жители, среди которых Николай ощущал себя фактически ребенком, верили во всякий бред. В колдунов, проклятья, леших… да много еще во что. В лес с наступлением темноты не ходили никогда, чуть ли не каждому дубу кланялись.

Когда период адаптации прошел, Николай понял, что здешнее затишье раздражает его больше, чем городское мельтешение. Прокормить себя можно, а вот тоска такая, что хоть волком вой! Он намеревался бросить «маленький сельский рай», когда работа наконец появилась.

Какой-то богатый бизнесмен выкупил солидный участок в лесу. Как ему это удалось – Николай понятия не имел. Хотя что здесь сложного? Это же не природоохранная зона, земля не самая плодородная, местные власти только рады!

А вот жители вместе с ними радоваться не спешили. Деревенские старушки сердито хмурились и ворчали про «осквернение и святотатство». Старики просто стали больше пить. Хотя куда уж больше?

– Какое святотатство? – пытался узнать у них Николай. – Там что, церковь была?

– Нет.

– Кладбище, значит?

– Нет!

– А что тогда?

– Дурная эта земля! Оттуда сам дьявол выходил, чтобы по лесу погулять… А там, где дьявол проходит, проклятье навсегда остается!

Сказочницы, блин! Максимум, что мог сделать Николай, – это не смеяться слишком уж открыто. Пожилые люди все-таки!

Когда новый владелец участка объявил, что ему нужны сотрудники, Николай первым вызвался. Пока его наняли сторожем, но обещали, что если отличится и пить не будет, то управляющим участка сделают.

А он только того и хотел! Здесь же люди нормальные появятся, городские приедут! То, что земля эта – не просто прихоть для них, чувствовалось по дорогому забору, который они очень быстро возвели вокруг участка. Технику пока не подгоняли, но обещали на днях. До этого момента территорию охраняли Николай и подобранная им дворняга Марька.

– Что, красиво тут? – за неимением других собеседников мужчина обратился к собаке. – Такое мало где увидишь!

Он говорил про звезды. При полном отсутствии фонарей они смотрелись особенно ярко. Долго это не продлится: с появлением техники и строительных материалов подключат фонари. Так что Николай наслаждался моментом.

Правда, было в этой природной красоте и определенное неудобство – с приходом темноты становилось жутковато. Сердито перешептывались вековые деревья, скрипели изогнутые стволы, а резкий вой ветра заставлял вспомнить рассказы местных старух о прогулках дьявола по здешним тропинкам.

«Глупости, – подумал Николай. – Черт, а пребывание в их окружении влияет! Надо не поддаваться, скоро и нормальные люди здесь появятся!»

Собака, до этого дремавшая у его ног, резко подняла голову, словно привлеченная чем-то. Прежде чем мужчина успел опомниться, Марька сорвалась с места и исчезла в темноте.

– Эй! – только и успел крикнуть он. – Куда собралась? А ну вернись сюда, дура!

Бесполезно. Маленький круг света, очерченный летним костром, она покинула за долю секунды. Как Николай ни всматривался в темноту, рассмотреть собаку или то, что ее привлекло, он не мог.

– Марька! – на всякий случай он позвал еще раз. – Иди сюда! Вернешься сейчас – наказывать не буду! Марька!

Никакой реакции не последовало, дворняги не было поблизости. Но Николая это не испугало, разозлило только. Вот ведь тупица! Должно быть, увидела зайца и окончательно голову потеряла! А такая спокойная была… Мужчина ее потому и не привязывал, что она отличалась мирным нравом, и обычно подобных выходок за ней не водилось.

А что с ней случится? Волков в этих местах нет, тут даже ворчливые старики во мнении сходятся. Ночи летом теплые. Почудит и вернется!

Однако до утра собака так и не вернулась. В обход Николай пошел без нее.

«Должно быть, виноватой себя чувствует, – решил мужчина. – Или зайцем сыта… Но голод – не тетка, выведет ее ко мне!»