Русалка и гламурный пират

— Доброе утро самой неромантичной девушке на свете!

А я была уверена, что он меня не заметил. Когда я проходила мимо, он сидел спиной ко мне и что-то оживленно рассказывал своим соседям по столику. Они хохотали, он выглядел очень довольным. Насколько можно судить по затылку.

А теперь он стоит рядом со мной и радостно ухмыляется.

— Удивительно, что мы уже второй раз случайно встречаемся.

Вообще-то, как минимум третий.

— Город маленький, — буркнула я.

— Но отелей тут достаточно, а мы оказались в одном.

Я пожала плечами, всем своим холодным и равнодушным видом говоря: ну и?

— Как ты после вчерашнего?

— Просохла. А как дела у вас?

Я улыбнулась дежурной приветливой улыбкой, так как заметила устремленный на меня со стороны бассейна взгляд.

— То есть мы на «вы»? — удивился он. — Типа коров вместе не пасли и на брудершафт не пили?

Я продолжала улыбаться.

— Именно, — сказала я. — И, очень вас прошу, держитесь от меня подальше. Минимальное желательное расстояние — три метра.

Он вытаращил глаза. Я его вполне понимаю: то, что я говорила, совершенно не соответствовало выражению моего лица. Но так уж получилось.

Я одарила его прощальной ослепительной улыбкой, развернулась и проследовала в холл отеля. Не сомневаюсь, что он стоял и смотрел мне вслед, забыв подобрать отвисшую челюсть.

Я поздоровалась с Мариной, дежурившей сегодня за стойкой.

— Все в порядке?

— Да, — кивнула она. — Три номера с утра освободились, сейчас там уборка, вечером будет заселение.

— Отлично. А что насчет расписаний и афиши?

— Вон, на стенде. Я с утра распечатала и повесила.

— Замечательно.

Марина — прекрасный работник, никогда ничего не забывает. Я подошла к стенду, окинула взглядом розовые листочки в витиеватых рамочках с расписаниями автобусов, теплоходов и электричек. Афиша на ближайший месяц тоже была в наличии, такая же розовая, с каким-то сложным шрифтом. Я бы, конечно, выбрала что-то более нейтральное, ну да ладно.

Неожиданно я почувствовала, что за моей спиной кто-то стоит. В общем-то, я сразу поняла, кто это, но на всякий случай всмотрелась в глянцевую поверхность стенда. Точно, он. Белая футболка с черным принтом, взъерошенные вихры и белые зубы, которые отсвечивают даже в таком сомнительном зеркале. Чему он улыбается, хотела бы я знать?

Не потрудившись оглянуться, я пошла в сторону столовой, но, оказавшись за углом, изменила направление и повернула к подсобным помещениям. Склад прекрасно подойдет для моих целей. Поравнявшись с неприметной дверью, я распахнула ее, вошла и затащила за собой того, кто шел за мной следом.

Он удивленно хлопал глазами, но сопротивляться не пытался. Кажется, он даже обрадовался такому повороту событий.

— Вот, значит, как. Никогда бы не подумал…

Окинув взглядом стеллажи, заполненные пачками порошка, рулонами туалетной бумаги и упаковками салфеток, он выдал:

— А что, обстановка вполне себе романтическая.

— Тебя что, заклинило? — не выдержала я. Получилось почти визгливо.

— Радостная новость: мы снова на ты, — спокойно констатировал он. И протянул руку.

Я мгновенно отдернула свою.

— Без рук!

— Без рук? — удивился он. — Оригинально. Только губы?

— Какие еще губы! Да ты просто дятел. Нет, не просто — романтичный дятел.

Он засмеялся.

— Разве ты не для… — он сделал неопределенный жест рукой, — романтики меня сюда затащила?

— Как ты меня достал с этой своей пошлой романтикой!

— Да я не имел в виду ничего пошлого. И вчера тоже. Только романтичный поцелуй. Один.

Он снова протянул руку к моей руке.

Я знала, что дед с минуты на минуту спустится вниз, чтобы лично проверить работу электрика, менявшего перегоревший кусок проводки. И будет искать меня. Мне бы очень не хотелось, чтобы он застал меня за выяснением отношений с нашим постояльцем. На прошлой неделе он с громким скандалом выдворил из отеля одного озабоченного товарища, который не давал мне проходу, каждый раз при встрече пытаясь распускать руки. Я прекрасно с ним справлялась, руки его оставались без дела, но деду показалось иначе.

Честно говоря, это становится проблемой. У деда просто мания какая-то по поводу меня и всех окружающих мужчин. Ему кажется, что каждый из них готов подкрасться из-за угла, наброситься и обесчестить. Во-первых, это чушь. Во-вторых, я давно взрослая и у меня, благодаря работе, большой опыт по усмирению всех видов нахалов. А поведение деда вовсе не идет на пользу нашему отелю. Новый скандал нам совсем ни к чему.

Поэтому я сказала пылкому Ромео:

— Вылезешь в окно. Там всего пара метров до земли. Обойдешь здание и вернешься к бассейну.

— Чего? — у него снова отвисла челюсть.

Я убрала с подоконника коробки с резиновыми перчатками и моющим средством.

— Ты хочешь, чтобы я вылез из окна?

— Я вроде все буквы выговариваю.

— Это что, типа, ролевая игра? — обрадовался он.

Я посмотрела на него так, что его иллюзии рассеялись.

— Это немного странно, — он не двинулся с места.

— Да вылезай уже! — в коридоре раздался голос деда. — Ты можешь просто делать, что тебе говорят? — разозлилась я.

— Ладно, ладно.

Он сел на подоконник и свесил ноги вниз.