Русь и Франция. Тайны средневековых рукописей

Коль не от сердца песнь идет,

Она не стоит ни гроша …

Бернарт де Вентадорн, Франция, XII в.

В сознании современного человека иногда возникают некоторые мучительные представления, которые являются не только воспоминанием о недавней истории ХХ века, но имеют и более древние, архаические корни. Так, страх перед голодом восходит к общим для Средневековья переживаниям XI-XIII век, когда человек был очень неуверен в изобилии материальных благ, страх перед голодными годами и мечта о почти райской обильной еде проявляются особенно ярко и в Западной Европе, и на Руси.

Выдающийся французский историк, представитель школы «Анналов», Жак Ле Гофф, автор интересных, новаторских работ «Интеллектуалы Средневековья», «Воображение в Средние века», «История и память» и др., в «Цивилизации средневекового Запада»1 пишет: «…средневековый Запад представлял собой мир, находящийся на крайнем пределе… мир жил в состоянии крайне неустойчивого равновесия. Средневековый Запад – это прежде всего универсум голода, его терзал страх голода и слишком часто сам голод». Поэтому и мечты человека той эпохи касались именно этой темы. Описания счастливой «Страны Кокань» в английской поэме и французских фаблио полны изображений деликатесов. По словам Ле Гоффа, «воображение средневекового человека неотступно преследовали чудеса, связанные с едой, начиная с манны небесной в пустыне и кончая насыщением тысяч людей несколькими хлебами. Оно воспроизводило их в легенде почти о каждом святом. Интересно, что и сам таинственный Грааль, который страстно и мучительно ищут герои средневековых рыцарских романов, восходит к чаше с кровью      Христа, собранной Иосифом Аримафейским, она обладает способностью насыщать своих избранников неземными яствами. Возможна и связь Грааля (Graal) с корзиной изобилия (ирл. cryol) кельтских мифов. Название таинственного замка Корбеник, где хранился Грааль, также происходит от франц-валлийского Cor (s). Benoit «благословенный рог» («рог изобилия»)».

Интересно, что в Древней Руси с раем или какой-либо волшебной землей также связывалось представление об особых чудесных свойствах пищи, ·находящейся там. В средневековом романе «Александрия» Александр Македонский посещает блаженную страну «нагомудрецов» рахманов, где на прекрасных деревьях растут, не переводясь, различные плоды и течет река, вода которой светла и бела, как молоко. Схожие представления о «молочных реках с кисельными берегами», о скатерти-самобранке и т. д. отразились и в фольклоре.

В замечательном переводном апокрифе «Хождение Агапия в рай» игумен Агапий видит в раю прекрасную трапезу и хлеб, белее снега. Этот хлеб, полученный Агапием, оказывается, обладает волшебными свойствами. Им можно насытить умирающих от голода корабельщиков, воскресить отрока, его «укрухом» питается Агапий в течение долгих лет2

Волшебные свойства райского хлеба не исключение. По словам Ле Гоффа, «объектом всех этих чудес являлся хлеб – не только в память о чудесах Христа, но и потому, что он был основной -пищей масс». Необыкновенные качества хлеба или иной пищи, связанной с раем или святым, проявляются особенно ярко во время голода. Очень любопытен рассказ о Прохоре Лебяднике в «КиевоПечерском Патерике». Этот святой жил в Киево – Печерском монастыре во время княжения Святополка Изяславича и питался хлебом, который делал сам себе из лебеды: «на неоранней земли ненасеанная пища бываше ему», говорится об этом в патерике. Когда же начался «глад крепок» в Русской земле, Прохор раздавал хлеб из лебеды многим голодающим. Оказалось, что этот хлеб особенный; если кто брал его с благословением от блаженного, то был он светел и сладок, как мед, а если воровал тайком, то становился горьким ,как полынь. Когда же из-за междоусобиц не стало соли, то Прохор собирал пепел, превращал его в соль и раздавал всем желающим. Из-за этого цена на соль упала, а торговцы ею пошли жаловаться к князю. Думая угодить им, а также нажиться самому, князь веле забрать всю соль у монаха, собираясь сам продать ее по высокой цене. Но тогда соль превратилась в пепел. Множество же народа, увидев, что старец пограблен, «проклинали створившего сие». Старец же посоветовал им собрать пепел, выкинутый князем, и тогда он вновь превратился в соль. Князь покаялся и стал чтить монастырь и особенно Прохора.