Оплата экспорта рублями

“Игра по чужим правилам” в российских финансах подошла к своему логическому завершению. Приблизили окончание этого четвертьвекового периода почти безраздельного влияния зарубежных финансовых институтов, доктрин, экспертиз, финансовых инструментов и даже преобладания в ментальности российских “финансистов” негатива в отношении потенциала собственной экономики введённые Западом санкции против России.

За короткий промежуток времени в мире произошли знаковые события, затрагивающие геополитику и финансы, право и международные отношения. Такие как близкая к полному дефолту ситуация с греческими финансами и замораживание вкладов в банках в стране зоны евро – на Кипре; переворот на Украине и оголтелая русофобия там же; западные санкции против России и миграционный кризис в ЕС; падение цен на углеводороды и другое сырьё. Между тем государственный долг США достиг 22 триллионов долларов и продолжает неуклонно расти.

Однако руководство в ряде основных экономик мира из стран G20 на подобные события и тенденции в достаточной мере ещё не отреагировали. В то же время “большая семёрка” (G7), наоборот, активировала между своими Центробанками безлимитные валютные swap-операции.

По существу, с помощью подобных операций на мировой финансовый рынок будет поступать избыточный суммарный объём резервных валют даже при ограничении денежной эмиссии в некоторых из стран “Большой семёрки” (G7).

В условиях очевидного нарастания проблем в западных финансах (катастрофических диспропорций) Центробанк РФ декларирует своё пожелание увеличить международные резервы РФ до 500,0 миллиардов долларов США (а в последнее время даже до 600,0 миллиардов долларов), что означает, по сути дела, прямую поддержку продолжению доминирования доллара в мире. Это значит, что мировыми ресурсами будет обеспечиваться циклопический военный бюджет США, реализация их военных программ и операций.

Величина международных резервов РФ изменяется на миллиарды долларов США за короткие промежутки времени (недели, даже дни) только из-за переоценки тех финансовых инструментов, в которых они (резервы) размещены Центробанком.

Международные резервы РФ не использовались Центробанком для обеспечения устойчивости курса национальной валюты, в том числе, в 2014 году. Возникает понимание, что международные резервы, размещаемые вне РФ, уже превращены, по сути дела, исключительно в “залоги” для навязывания России “хорошего тона в поведении”, как это понимают за океаном.

Мировой опыт на примерах действий Запада в отношении Ирана, Ливии и даже Казахстана показал, что арест “залогов” уже стал “нормой” во взаимоотношениях “страны-доминанты” (США) со “странами-донорами”, то есть размещающими свои валютные резервы в зоне доллара.

“Зёрна” ментального восприятия “состоявшимися финансистами” процесса формирования международных резервов, способов их “хранения” и использования были заложены в 90-е годы международными финансовыми институтами (в частности, МВФ) в российское финансовое и экспертное сообщество и в финансовые структуры РФ методом “консультирования”, участия в подготовке и отборе кадров и посредством офшоризации российской экономики.

В условиях нарастания гигантского государственного долга США и других финансовых проблем в “стране-доминанте” дальнейшее следование в фарватере её инструкций (или инструкций её сателлитов) в финансах чревато большими экономическими потерями для Российского государства.

В качестве предварительного резюме констатируем, что руководство Центробанка, как минимум, не соответствует уровню сложности текущих проблем в мировых финансах, в частности, по перечисленным выше причинам.

В этой связи, при дальнейших рассуждениях по заданной теме исходим из того, что качество работы руководства ЦБ РФ обязано соответствовать исполнению утверждённых стратегических приоритетов Российской Федерации.

Руководство страны уже подходило к практическому рассмотрению принципиального решения по переводу торговли нефтью и газом, как и другими российскими ресурсами, на рубли.

Данный подход глубоко национален и рационален, к его начальной проработке страна подошла в период кризиса 2008 года. Однако на практике всё тогда ограничилось стадией констатации положительных оценок перспектив перехода в оплате экспорта ресурсов на рубли.

Фактическая реализация торговли ресурсами на рубли лежит в плоскости сугубо профессиональных умений финансистов, в частности из Центробанка, но они оказались, как отмечено выше, не на уровне решения крупной государственной задачи. Дело осложнилось, вдобавок, офшорным характером экономики Российской Федерации.

Если деофшоризацию выполнять реально, то без изменения траектории валютных потоков во внешнеторговом обороте не обойтись. Учтём, сегодня финансовые управления ряда госкорпораций и кредитные организации сами себя превратили в эдакие “миницентробанки” с запасами валюты.