Розы во льдах

Он вдруг испугался, что упустил ее из виду во всеобщей сутолоке, когда пассажиры спускались по трапу. Но в следующий момент заметил, что она все еще оставалась на палубе и прощалась с капитаном, а ее картонки и чемоданы носильщики переносили на берег. Облокотившись о поручни, Колин Гамильтон выжидал, решая, когда лучше двинуться ей навстречу, чтобы предложить руку и помочь сойти. Этот галантный жест позволил бы оттянуть минуту расставания и договориться о свидании немного позднее, но непременно сегодня.

Нет, это не был один из тех романов, которые часто возникают на корабле. Трехдневное плавание из Лондона в Норвегию через бурное Северное море – слишком короткий период для того, чтобы отношения действительно стали близкими, но в глубине души Колин был абсолютно уверен, что у него еще все впереди. Он остановил на ней оценивающий взгляд: девушка с тонкой талией, жизнерадостная и темпераментная, причем еще большее очарование ей придавала манера держать себя независимо и самоуверенно. Последнее обстоятельство вызывало его особый интерес, так как раньше ему приходилось вращаться среди девиц, готовых легко уступать главенствующую роль сильному полу. Великолепие ее внешности подчеркивали и пышные волосы цвета темной бронзы, обрамлявшие бело-розовое лицо с высокими скулами и соблазнительными пунцовыми губами, которые он надеялся целовать в скором времени. До него доносились слова, произносимые ею с мелодичным шотландским акцентом:

– Еще раз спасибо, капитан Макдональд, за то, что позаботились обо мне!

– Для меня большая честь, что дочь моего старого друга почтила своим присутствием «Северную звезду». Ваш отец был из Эдинбурга, как и я, и мы оба этим гордились. Вы пережили большое горе, потеряв за короткий срок обоих родителей, но длительное пребывание на родине вашей матушки должно пойти вам на пользу.

– Уверена, что так и будет. – Бет Стюарт невесело улыбнулась, но подозрительный блеск зеленых глаз выдавал с трудом сдерживаемые слезы. Девушку утешало то, что она, наконец, видит страну своей матери. Мать долгие годы мечтала посетить родные края. С раннего утра Бет любовалась берегом фиорда Кристиания, скалистыми утесами, лесами и пашнями, мимо которых неторопливо проплывал пароход. Норвежские пейзажи находили глубокий отклик в ее сердце.

– Смотрите же, не работайте подолгу над картинами, – предостерегал капитан Макдональд. – Вам следует подумать и о том, чтобы немного развлечься.

– Я люблю рисовать и писать маслом, для меня это не работа, а удовольствие, – отвечала девушка. – В поисках сюжета для картины я смогу лучше познакомиться с окрестностями.

Глаза капитана лукаво блеснули:

– Вот уж поистине был переполох среди пассажиров, когда они узнали, что вы еще и писательница! Словно кошку подсадили в голубятню. Давно мне не приходилось испытывать такого удовольствия от плавания по Северному морю.

Бет тоже засмеялась. На корабле прошел слух, что она пишет пикантные любовные романы – это, вероятно, объяснялось тем обстоятельством, что девушка путешествовала одна, без компаньонки или служанки, и ни она, ни капитан не сочли необходимым предоставить какие-либо объяснения по этому поводу. Только Колин Гамильтон, которого она посвятила в цели своей поездки в Норвегию, знал об их маленьком секрете.

– Посмотрим, что будет, когда я буду возвращаться домой, – заметила Бет. – Пока же мне предстоит познакомиться с родиной матушки. Она всегда говорила, что красивее той долины, где она родилась, нет во всей стране.

– По крайней мере, у вас не будет затруднений с языком – вы ведь одинаково хорошо владеете и английским, и норвежским. Я даже слова не произнесу на их наречии. Или нет, пардон, это неправда, – капитан Макдональд весело прищелкнул пальцами. – Могу без труда произнести «ска-а-л».

Бет посмеялась вместе с ним, они снова обменялись словами прощания. Бет подошла к сходням и тут же увидела протянутую к ней руку Колина Гамильтона.

– Позвольте, мисс Стюарт!

– Как вы добры…

Она вложила пальцы, затянутые в белую перчатку, в его руку и почувствовала, как он крепко сжал их. Возможно, он догадывался, какую грусть вызывает в ее сердце норвежская земля? Ей показалось, что он все хорошо понимает, ибо их знакомство сразу приобрело какой-то более глубокий смысл, несмотря на обычные слова, которыми они обменялись, как того требовали формальности. Между ними тут же возникли особая близость и понимание, что редко можно наблюдать при столь кратком знакомстве.