Рождественская сказка

— Ты мне нужна, Бет.

Понадобилось несколько секунд, чтобы низкий голос с другого конца провода проник в спящий мозг Бет Синклер.

— Что? — пробормотала Бет, откидывая одеяло и спуская ноги с постели. Она бросила взгляд на будильник, стоящий на туалетном столике. — Джеймс Феннер, ты знаешь, который час? — с досадой спросила она. — Половина третьего ночи…

— Знаю, — был краткий ответ, — но это срочно.

— Срочно? — переспросила Бет недоверчиво, свободной рукой перекидывая прядь шелковистых каштановых волос через плечо. — И что, это не может подождать до утра?

Она, разумеется, и не рассчитывала, что работа на трудоголика — председателя «Стентон энтерпрайзиз» будет легкой, но тревожить человека по ночам — это уж ни в какие рамки!

— Я уже отработала сегодня сверхурочно, и ничто не заставит меня мчаться в офис в такое время…

— Я не в офисе, — оборвал ее Джеймс, едва сдерживая нетерпение, — я у себя в квартире.

— Мне все равно, где ты…

— Но это личное…

— Личное… — скептически повторила Бет. Может, это просто сыр, с помощью которого ее собирались заманить в мышеловку? Приманка, которая как по волшебству обернется грудой бумаг или экраном компьютера, когда она приедет к нему? Какие такие личные проблемы у Джеймса Феннера? Он производил впечатление человека, способного справиться с любыми затруднениями, тем более личными, самостоятельно или с помощью одной из тех инкубаторных блондинок с шестифутовыми ножками, что без конца наведывались в офис в надежде увлечь его на продолжительный ленч. Вероятно, Феннер как-то различал этих «близняшек», но у нее, Бет, временами рябило в глазах. Единственной отличительной чертой Джулии Саммерс — теперешней его возлюбленной — было то, что она держалась рядом с ним намного дольше, чем ее предшественницы.

— Такси будет у тебя через десять минут, — проворчал в трубке низкий голос, — и возьми с собой сумку с вещами.

Бет воззрилась на телефонную трубку с немым вопросом в карих глазах, опушенных густыми ресницами.

— Я еще не сказала, что приеду, — спокойно ответила она, — мне надо это обдумать.

— Обдумаешь в такси!

Внезапно наступившая в разговоре пауза заставила Бет подумать, что темноволосый мужчина на другом конце провода не настолько уверен в себе, чтобы продолжать настаивать. В конце концов, ему приходилось просить об одолжении и соответственно контролировать свою речь, а уж это ему и в офисе не всегда удавалось.

— Такси будет у тебя через десять минут, — наконец раздраженно повторил он.

— Заносчивая, самодовольная, эгоистичная свинья, — пробормотала шепотом Бет, уже снимая кремовый свитер со спинки кресла.

— Что такое?

— Я только сказала, что буду готова через секунду, — бодро ответила она и подняла брови, когда после невнятного ворчанья раздались гудки.

Что я делаю в такой час в этом летящем по Лондону такси? — изумлялась происходящему Бет, сидя на заднем сиденье автомобиля. Надо было отключить телефон сразу, как только я услышала голос Джеймса Феннера. Он даже не попросил меня прийти, а просто отдал приказание!

Раз он заранее заказал такси, значит, ему и в голову не пришло, что Бет может ослушаться.

Я слишком слабохарактерна, корила она себя, вглядываясь в темные городские улицы. Даже рождественская иллюминация была отключена.

— Вот и приехали. — Водитель такси остановился напротив роскошного многоэтажного дома.

— Благодарю, — пробормотала Бет. Внезапно она почувствовала неловкость, поймав на себе, как ей показалось, любопытный взгляд водителя. Она вытащила кошелек из кармана пальто.

— Нет, нет, это за счет мистера Феннера.

— Да-а, ну и ну. — Пришлось согласиться, хотя Бет собиралась полностью оплатить проезд.

— Я подожду, пока вы не зайдете внутрь, — заверил водитель, неверно истолковывая ее колебание, когда она взглянула на внушительное здание.

Бет улыбнулась. Опасность поджидала ее на третьем этаже, а вовсе не на пустынной улице.

Джеймс, должно быть, видел, как приехало такси, потому что, когда она нажала кнопку домофона, дверь сразу же открылась. Бет вошла в здание.

Остановившись на секунду, чтобы сориентироваться в обитом плюшем вестибюле, она прошла к лифту. За те восемнадцать месяцев, что Бет работала в корпорации, она только однажды была в квартире босса — приносила бумаги на подпись, когда у Джеймса был грипп. Но тогда вход к больному был прегражден шикарной дивой со светлыми волосами.

Выйдя из лифта, Бет пересекла коридор и остановилась перед дверью в нерешительности. Она почувствовала нелепую тревогу. Общение с Джеймсом Феннером в офисе — это одно, а видеть его в неофициальной обстановке дома в этот ранний час — совсем другое.

От раздражения ее передернуло. Бет уже не была наивной девочкой, способной увлечься боссом. Ей было двадцать три, и все романтические чувства, которые она поначалу питала к Джеймсу Феннеру, были безжалостно погребены в прошлом.

Глубоко вздохнув, она постучала.

Дверь распахнулась почти сразу же.