Рождественская конфетка (СИ)

Чувствуете ли вы это? Я точно да. В воздухе витает привкус сладости, он ощущается на моем языке, проникает через щелки двери и обволакивает своим томным ароматом всю студию.

Я хмурюсь и наклоняюсь вперед на коврике.

- А теперь принимаем позу эмбриона.

Мой класс следует указанию, вытягивает руки вперед. И вместо того, чтобы прижать лоб к коврику для йоги и глубоко вдохнуть, я пристально смотрю немигающим взглядом на магазинчик лакомств, который находится на противоположной стороне улицы: на магазин моего врага.

«Сладости» гласит знак, что выполнен большими красными буквами. Он сейчас находится там. Хэнк. Я вижу его через большие панорамные окна, которые выходят на темную, заснеженную улицу, на сияющий, переливающийся разноцветными огнями магазин. Он распределяет широкую полоску ириски вокруг леденца в форме посоха. Неизменными движениями он вытягивает ее, закручивает, и еще раз вытягивает и вновь закручивает.

С такого расстояния толком не могу разобрать, в каком состоянии находятся его мышцы, но я определенно точно знаю, что они есть и несомненно в отличной форме. Раздражение прокатывается по моему телу в миллионный раз. Из всех гребанных мест, где он мог открыть свой магазин, Хэнк какого-то хрена открыл его напротив моей студии? Ну, что за мудак может продавать людям сладости, которые стараются прийти в форму?

- Олив? - Кендейс, моя подруга и одна из группы занимающихся у меня людей, бросает на меня взгляд со своего коврика.

Я забыла перейти к следующей позе. У Хэнка всегда получалось делать это со мной - заставлять теряться. Он проделывал это со времен старших классов школы. Но больше этого не будет. Сейчас я контролирую себя.

Отвечаю кивком в сторону Кендейс.

- А теперь стойка на локтях. Я хочу видеть ваши прямые спины. - Вытягивая свои ноги, я поднимаюсь и принимаю позу. - Если вы не можете выполнить стойку на локтях, так же, если у вас не получается тянуть вверх пальцы на ногах и ровно удерживать колени, то в этом случае вам поможет дать дополнительную растяжку поза кобры.

Моя группа учеников — пятнадцать женщин и двое мужчин разного уровня физический подготовки — по моему указанию начинают принимать позы. Я принуждаю себя сосредоточиться на группе, а не на привлекательном мужчине на противоположной стороне улицы.

Но несмотря на мои попытки, все равно чувствую его, пока парень расставляет на прилавок у стекла лакомства. Сладость сахара начинает покалывать кончик языка, и я отпускаю ругательство себе под нос, проклиная тот день, когда он выкупил бывший обувной магазин Салливана, чтобы начать ремонт. Я обращалась к городскому совету, настойчиво убеждая их, что нам в городе совершенно не нужен магазин сладостей, даже предоставила информацию от начальника медицинского управления о вреде сахара. (Ну, возможно, я немного преувеличивала… совсем немного.)

Затем поднялся Хэнк, выглядя безразлично, каким и был в старшей школе, и начал говорить о дополнительных налоговых поступлениях в городской бюджет и ярком украшении центра города только на момент праздников. Потом он послал мне уверенную ухмылку, а я в свою очередь оскалилась.

Я старалась изо всех сил оттолкнуть, избавиться, спрятать подальше воспоминания о том, как следовала за ним, словно хвостик, в старших классах и ходила смотреть на его забеги. Меня переполняли мечты о том, как Хэнк подарит мне мой первый поцелуй или пригласит на первое свидание. Пригласит меня, полненькую, со скобами на зубах, Олив Грэндерсон, пойти на свидание с Хэнком Винтерсом, звездой марафонов по бегу - школьные мечты мне кажутся смехотворными, когда мысленно возвращаюсь к ним.

Теперь я слежу за фигурой, тщательно избегаю сладостей и стараюсь поддерживать, если не жесткую, то постоянную форму. У Хэнка все такое же подтянутое тело, яркие зеленые глаза и невероятно черные волосы, но я не куплюсь на его шарм. Ни за какие коврижки. Сейчас я деловая женщина, девушка, которая сделала из себя потрясающую версию красотки в Холлитоне.

Несмотря на мое место в обществе, совет отклонил мое прошение и назвал предложение с магазином Хэнка современной версией возрождения Мейн-стрит. И вот что в данный момент происходит. Теперь мы враги, чьи заведения находятся напротив друг друга.

Когда он открыл магазин, я увидела более чем парочку учеников, которые украдкой наблюдали за товарами, выставленными в главной витрине у окна. Желание назвать их предателями на следующем занятии просто переполняло меня. Но я не стала этого делать. У меня был план получше. Я просто заставляла их чуть дольше положенного выполнять стойку на руках.

Мышцы на бедрах и руках начинают немного уставать, при этом появляется знакомая обжигающая боль, и парочка человек сразу же опускаются на колени на коврики для йоги.

- Начинаем считать со мной. Пять, четыре, три, два, один. Расслабляемся и принимаем позу зародыша, при этом не забываем глубоко дышать.