Рождение Дада

АНОНАДАДО[1] — это группа, состоящая из двух современных пар и еще одной девушки, бесстрашной и по-животному непосредственной.

А — это девушка-одиночка.

НО — это муж НА.

ДА — это жена ДО.

А — девушка на самом деле независимая. В ее треугольную верхушку Д вмещается все что угодно. Несомненно, она самая интересная в этой группе, поэтому она всегда идет первой.

НА — это типичная надежная супруга, муж над ней властвует, даже не замечая этого, словно она — его тень; она всегда идет позади НО.

А вот в семействе ДА и ДО все происходит наоборот. Не то чтобы ДА была сильно умнее НА, зато она состоит в группировке воинствующих и пердящих феминисток, поэтому всегда шествует впереди своего мужа. Когда один приятель сказал ДО (ДО в ту пору ходил к психоаналитику, а посему был кошмарно искренен), что ДА его подавляет, ДО признался, что идти позади ДА — это словно бесконечно получать подарки.

Как и следовало ожидать, присутствие А являет собой постоянный отвлекающий фактор для обоих семейств. Все живут в одном доме, и ужиться с А нелегко.

А красива, а для некоего типа женщин, к которому относятся НА и ДА, красота других женщин является хорошим рвотным средством.

— А — девушка с чересчур активными ногами, в общем, ты меня понимаешь, — любят посудачить между собой НА и ДА.

Вернее было бы сказать, что ноги у А крепко стоят на асфальте. Доказательством тому служит ее собственное признание:

— Я, как альпинист, стремлюсь наверх, это неизбежно, но я адекватно воспринимаю пределы своих возможностей.

НОНАДАДО получилось, когда А покинула своих товарищей. Перед ними открылся новый мир: мир, в котором не дано плавать.[2] Им разрешено умываться, но купаться нельзя — иначе что-то с ними случится.

Они не могут плыть ни по течению, ни против.

Не могут они и купаться в достатке.

Узнав об опасности, которую таит для них вода, две парочки бегут из страны и поселяются в пустыне.

Иногда они апатично вздыхают: «Ах, если бы А была здесь!»

Но в глубине души они понимают: А пропала, потому что ей надоели их вечные интриги.

Однажды НА и ДА, воспользовавшись отсутствием своих мужей, решили немного почесать языками:

— Бедняжка А, они делали ее жизнь невыносимой.

— Они забывали, что у женщины, каковы бы ни были ее наклонности, все-таки есть сердце.

— Если бы, по крайней мере после ее ухода, они обращали чуть больше внимания на нас, своих законных супруг!

— Конечно, кто им дал право!

НО и ДО подходят как раз вовремя, чтобы услышать кусочек их разговора.

НО. — Какие они незначительные, когда остаются одни! ДО. — Какие пустые!

НО. — Но важнее то, что через реку Квай построили новый мост.[3]

ДО. — К тому же принцесса Елена совсем уже подросла.

НО (задумчиво). — Обратил внимание? Без них мы превращаемся в докучный выпуск новостей.

И это правда. НА и ДА очень легкомысленны. Единственное, что приходит им в голову, — это приказывать каждому встречному немедленно поплавать. Так они и поступили, как только завидели НО и ДО, явившихся с последними домашними и международными новостями.

Однако, поглядев на плавающих мужей, они осознали, что это столь же бесполезно, как и все остальное.

ДА решила переменить свою жизнь и устроилась секретаршей в «Каритас»,[4] щедро уступив свое жалованье другой социальной организации.

Бегство ДА изменило положение оставшихся товарищей НО, ДО и НА. Они объединились между собой — я хочу сказать, ДО влился в семейную пару НОНА.

В один прекрасный день, когда все НОДОНА были вместе, к ним подошел хиппи и о чем-то попросил. Ответом ему был лишь жестокий пинок по его паршивой заднице.

Волею случая тот же самый хиппи постучался в дверь ДА и тоже о чем-то попросил. У ДА ничего не было, она могла отдать лишь свою одежду, так она и поступила. Потом она отправилась на работу, но в «Каритас» ее голой не пустили, опасаясь скандала, и тогда ДА, желая вновь обрести уверенность в себе, бегом бросилась в горы, выкрикивая в воздух свое имя.

Эхо повторяло ее односложный выкрик.

Так родилось ДАДА.