Россия и Германия. Вместе или порознь? СССР Сталина и рейх Гитлера

Украинец. Родился 7 октября 1951 года в Днепропетровске в семье инженера-железнодорожника. Окончил среднюю школу в г. Керчи и двигателестроительный факультет Харьковского авиационного института им. Н.Е. Жуковского по специальности — двигателист-ракетчик. После службы в береговых частях Черноморского флота, с 1978 года — сотрудник крупнейшего и старейшего центра разработки советского ядерного оружия Всесоюзного НИИ экспериментальной физики в г. Арзамасе-16 (позднее — г. Кремлев, ныне — г. Саров Нижегородской области). Ныне это — Российский Федеральный ядерный центр — ВНИИ экспериментальной физики (РФЯЦ-ВНИИЭФ). Принимал участие в разработке термоядерных зарядов, в 1981 году участвовал в полигонных испытаниях на Семипалатинском полигоне. С 1992 года — сотрудник Отдела проблемного анализа ядерных вооружений РФЯЦ-ВНИИЭФ, а также один из заместителей директора Института стратегической стабильности Минатома России. Автор многочисленных публикаций по широкому спектру общественно-политических тем и по концептуальным проблемам ядерных вооружений. Соавтор книг (с И.И. Никитчуком) «СНВ-2 простым взглядом» и «XXI век. Будет ли у России ядерный оружейный комплекс?» (последняя вышла в свет как официальное издание Государственной Думы РФ) и книги (с В.Н. Михайловым) «Добро или Зло? Философия стабильного мира». Автор выражает глубокую признательность коллегам по Институту стратегической стабильности Минатома России и директору ИСС академику РАН Виктору Никитовичу Михайлову за постоянную и многообразную поддержку работы автора в сфере исторического и военно-политического анализа.

История этой книги такова… Вначале меня заинтересовали обстоятельства и истоки формирования конфликта «Германия — СССР». Но, подробно рассматривая их, я вынужден был все более опускаться по временной шкале в глубь времен. От начала тридцатых годов — к послеверсальской Веймарской Германии и полутроцкистскому СССР начала двадцатых годов, затем — к Версальскому миру, Первой мировой войне, а затем — и к ее предыстории.

Работая над своими «Версалями», я хотел дать не авантюрную «версию» событий, а восстановить историческую эпоху так, как она и разворачивалась в действительности. Какие силы двигали миром накануне XX века и в его начале? Почему произошла Первая мировая война? Кто и зачем готовит такие войны? Как Германия стала «дойной коровой Версаля»? Хотелось исследовать эти вопросы с логической точностью и аналитической непредвзятостью, но при этом самобытно и увлекательно. Не чураясь порой почти детективности ситуаций и констатации… Надеюсь, такой и увидит эту книгу вдумчивый и любознательный читатель. Чем стал для России ее союз с Францией и Англией? Хотел ли войны германский император Вильгельм II? Кем должна была быть Германия для России — врагом или партнером и союзником? Какова роль Америки и Золотого Интернационала финансистов в подготовке войны? Много ли правды в истории с «пломбированным вагоном» Ленина? И как итоги Первой мировой войны подготавливали условия для Второй мировой? Новый взгляд на начальную пору становления мира XX века, на предысторию, историю и «послеисторию» старой войны — вот суть моего исторического исследования «От Версаля Вильгельма к Версалю Вильсона».

Среди исторических фигур, присутствующих на страницах книги, есть как известные всем Николай II и Вильгельм II, Ллойд Джордж и Клемансо, Бисмарк и президент США Вильсон, так и «закулисные» деятели: «серое преподобие» германской внешней политики барон Гольштейн, международный торговец оружием Бэзил Захаров, «серый кардинал» из США полковник Мандель Хауз, министр иностранных дел Англии сэр Эдуард Грей, а также финансисты Витте и Ротшильды, глава еврейской общины Петербурга — истопник кавалергардских казарм, фельдфебель Ошанский, русский военный агент в Скандинавии и Париже граф Игнатьев и многие другие — известные и неизвестные герои эпохи — герои в кавычках и без них. В двадцатые годы на эту же тему написал свою книгу «Европа в эпоху империализма. 1871–1919 гг.» академик Е. Тарле. Но я не следовал устоявшимся схемам, однако и не игнорировал их, а критически переосмысливал. И при этом старался оставлять то, что позволяло выявлять историческую истину, а не подправлять ее в каком-либо заранее заданном духе. Не стремясь к лаврам чрезмерно беллетризующего историю Валентина Пикуля или поверхностно-залихватски трактующего ее Александра Бушкова, автор хотел добиться легкости, но не легковесности восприятия читателем серьезных фактов и оценок.