Романтичная леди

– Значит, пора отбросить все сомнения. Остается только Гретна-Грин!

Это категоричное заявление не нашло никакой поддержки среди обитателей изящно и дорого обставленной гостиной в доме на Брук-стрит. Дама, сидевшая подле мисс Каролайн Крессуэл на диване, только возмущенно пробормотала в ответ какое-то возражение, а молодой джентльмен, до этого уныло созерцавший языки пламени в камине, поднял голову и раздраженно заметил:

– Дорогая Каро, об этом не может быть и речи! Даже отставив в сторону все рассуждения о приличиях, у нас просто нет ни малейшей надежды благополучно добраться до Шотландии.

– Заячья ты душа! – насмешливо бросила ему Каролайн. – Неужели офицер Веллингтона готов без единого выстрела признать поражение?

В ответ капитан Уайльд только нахмурился и вернулся к созерцанию пламени, но сестра ринулась на защиту брата:

– Это столь же недобро, Каролайн, как и несправедливо! Роланд сделал все, что было в его силах, чтобы добиться у леди Линли согласия на брак, и никто не посмеет отрицать это. Разве можно упражняться в остроумии, когда он в таком отчаянии?! Это уже слишком.

– Но слезами горю не поможешь, Летти, – решительно возразила ее подруга. – И доброта тут совершенно ни при чем. Мы все давно и слишком хорошо знаем друг друга, и никто не может подумать, что я в состоянии намеренно причинить кому-то из вас боль. Я вовсе не упражняюсь в остроумии и никого не делаю объектом насмешек! Для Роланда осталась единственная надежда на брак с Дженнифер Линли. Надо изыскать способ похитить ее и счастливо обвенчаться в Шотландии еще до того, как ее мать, или кто-то там еще, сумеет воспрепятствовать этому.

Миссис Летишия Фентон, элегантно одетая молодая матрона с приятным, но невыразительным лицом, позволила себе смилостивиться, но пресекла поползновение на продолжение разговора на эту тему, поскольку твердо считала, что мысли о возможности предпринять столь достойный порицания поступок, как тайное бегство, следует решительно удалять из головы брата. Капитана соображения предосудительности волновали меньше всего.

– Могу сказать одно: если бы только Дженни пожелала, я бы послал ко всем чертям правила приличия и меня ничто бы не остановило, – с дерзким отчаянием проговорил он. – Скандал после похищения разразится непременно, но мы можем оставаться в Хартфордшире вплоть до моего возвращения в Испанию.

– То-то и оно, – поспешила возразить Летишия. – Разумеется, проще простого предаваться многословным рассуждениям о том, как ты возьмешь Дженни с собой, когда придет время возвращаться в полк, но нельзя же всерьез действительно тащить наивную, выросшую в тепличных условиях молоденькую девочку в чужую страну и заставлять ее мыкаться в армейском обозе. Этого не выдержит ни одна чувствительная натура!

– Чепуха! – решительно возразила Каролайн. – Сколько жен военных следует за барабаном, да и Дженни не станет жаловаться на неудобства и лишения, пока ей позволено будет находиться подле Роланда. Это всегда было так, с самого раннего детства, едва она покинула колыбель. Ее дух сломило только известие о смерти Роланда, но теперь, когда Дженнифер знает, что он жив, она снова стала сама собой. Тебе не приходилось с ней встречаться в последнее время, Летти, а я виделась с ней совсем недавно.

– Возможно, ты и права, – неохотно согласилась Летишия. – Не стану же я отрицать, что девочкой она вообще ничего не боялась, тем более, если рядом оказывался Роланд. Все поражались, как они привязаны другу к другу.

– О, они созданы друг для друга, разве можно в этом усомниться. И это отъявленное злодейство со стороны леди Линли вынуждать бедное дитя на брак с другим единственно ради удовлетворения собственных амбиций. Я бы ей давно все высказала в лицо, если бы только хоть в малейшей степени это могло помочь!