Роковой выбор

Babel – Gustavo Bravetti

Гнетущую тишину квартиры разрывает громкий, остервенелый стук в дверь, который заставляет сердце замереть. Отставляю стакан и медленно поднимаюсь с кресла, наблюдая, как в камине догорают остатки моего прошлого. Двигаюсь к двери, пока каждый удар о дверное полотно выносит мои внутренности и разрывает барабанные перепонки. А когда распахиваю дверь, то просто захлебываюсь собственным ничтожным положением.

– Мэт! – смотрю на нее, красивую и молодую, но полностью уничтоженную, и сам сгораю заживо внутри. – Мэт!

Она вваливается внутрь, упираясь холодными ладонями мне в грудь, и истерически рыдает. Красные от мороза щеки и воспаленные глаза заворачивают нутро в узел. Машинально тяну руки и прижимаю ее крепче, вдыхая запах каштановых волос.

– Не отдавай меня, Мэт! Не отдавай! Не отдавай!!!

Истерика в ее голосе выносит и мое самообладание. Ещё ближе притягиваю к себе фигуру, закутанную в какой-то бесформенный балахон, и жадно целую родную макушку.

– Хорошая моя, милая, – не могу насытится близостью. Не могу удержаться от касаний. Но это единственное, что могу себе позволить. – Все будет хорошо. Мы разберемся со всем. Я обещаю.

– Нет! – она резко отталкивает меня и сверлит своими карими глазами, которые в первую встречу так сильно отдавали зеленью, а сейчас пылают огнем негодования. – Ты отказался от меня! И сейчас продолжаешь упорно утверждать, что мы все решим! Ничего не решить, Мэтью! Ничего! Все решили за меня! И ты решил!

– Брук…

– Я просто хотела, чтобы ты боролся! Не отдавал меня ему! Ты говорил, что любишь… ты… – слезы огромными каплями стекают по ее лицу к подбородку, а у меня ощущение, будто они мое сердце внутри огромными болючими волдырями покрывают. Я задыхаюсь. Я не живу больше. Но она права – я отказался от того, что было для меня дорого.

– Брук…

– Я верила тебе! Я все тебе отдала! Я простила тебя! – каждое слово – толчок в грудь с такой силой, что вся ее злость отпечатывается на моем теле. – Я любила тебя! Любила!

Перехватываю тонкие запястья и снова подтягиваю девушку к себе, всматриваясь в разгневанные глаза.

– Ты до сих пор любишь. Как и я люблю тебя.

– Ты предатель, Мэтью. Ты выбрал себя, – выплевывает она мне в лицо, и этот яд растекается по венам, отравляя своей истиной. – Даже сейчас, когда я прошу и унижаюсь перед тобой, ты снова выбираешь себя. Это не любовь, – долгий зрительный контакт и контрольный выстрел, который будет отдавать во мне рикошетом ещё долгие годы. – И я сделаю все, чтобы вытравить тебя из своего сердца. Все было ошибкой. И наша встреча ошибка. Это начиналось, как игра. Ею и закончилось.

Брук отшатывается от меня, вытирая ладонью слезы, а я не могу и слова сказать. Мне больно, но это ни в какое сравнение не идёт с тем, что сейчас испытывает она.

– Я надеюсь, что это стоило того. И теперь ты будешь счастлив, Мэтью Харрингтон.

Девушка разворачивается и молниеносно покидает квартиру, оставляя меня в полной разрухе: в сознании, в душе, в голове. Но понимание масштаба свалившейся катастрофы придет намного позже. И это перевернет полное восприятие о том, каким дерьмовым человеком я являюсь.

Fake Friends – Dexter Almada

Четыре с половиной года назад

Мэтью

Сижу в вип-кабинке на втором этаже клуба, в который Джеймс зачастил до встречи с Кристин. Здесь же мы и увидели ее впервые. Мерно потягиваю виски, отрешенно наблюдая за всем со стороны.

Идиотская идея.

Какой спор, твою мать?

Но, тем не менее, я по-прежнему здесь, смотрю на откровенные переглядки Тернера и Хэйвуд, прекрасно понимая, что заведомо проиграл. Она давно выбрала его, хоть и говорила обратное. Это видно по ее взглядам, касаниям и словам. Со мной Крис так себя не ведёт. И на что я надеюсь – до сих пор даже для себя не уяснил.

Неоновые огни озаряют помещение яркими вспышками, раздражая зрачки. Долго моргаю, всматриваясь в стекло, которое ограждает нас от посторонних глаз, но мы можем видеть все, что происходит внизу и вокруг.

– Ну, что, мальчики? – Кристин демонстративно перекидывает одну ногу на другую, показывая чуть больше, чем дозволено, вынуждая меня нервно сглотнуть. Она прекрасно понимает, какое впечатление производит на мужчин. – Готовы?

– Выбирай.

Джеймс развалился в кресле напротив, оттягивая воротник рубашки. Он снова пьян больше, чем положено, но его это не интересует. Черные глаза уже побежали по помещению в поисках подходящей жертвы.

– Все-таки это несерьёзно, – ставлю стакан на стол и пронизываю Хэйвуд пытливым взглядом. Но девушка уже вошла в раж. Зеленые зрачки опасно расширились, знаменуя адреналин, растекающийся по ее венам. И это делает Кристин настолько желанной добычей, что во мне неосознанно включается режим охотника. – Но, раз решили, значит давайте развлечемся.

– Прекрасно! – девушка хлопает в ладоши и приступает к выбору. За нашим столом повисла молчаливая тишина, и только до жути громкие басы разрывали образовавшуюся пустоту.