Родовой артефакт. Хранительница

– Пойми! Дело не в тебе, дело во мне. Я идеальный красавец-мужчина, а ты обычная девушка.

Леони ждал отца. Никто не говорил, что он приедет сегодня, но лихорадочная суета слуг, кинувшихся наводить порядок в поместье, сообщала ему об этом убедительней любых слов. Леони специально прошел мимо отцовских покоев, пустовавших уже несколько месяцев, и, увидев, как чистят камин, перестилают постель, протирают пыль на полочках, уверился в этом окончательно.

Сейчас Леони искал место, где он бы первым увидел возвращение отца, но так, чтобы его никто при этом не заметил. Он боялся, что не сможет сдержать чувств, а папа всегда говорил, что «дарг должен контролировать свои эмоции». Леони очень волновался и знал, что «контролировать» себя не сможет.

Мальчик нашел эркер на третьем этаже, откуда дорога к дому была видна от крыльца до самых въездных ворот, и удобно устроился там. Натаскал подушек с кресел и диванов, принес плед и своего потрёпанного Рыжика, чтобы тот вместе с ним ждал отца. Хоть глазки у игрушки давно потускнели, но мордочка всё равно выглядела весело и задорно. Он словно говорил: «Не волнуйся, хозяин! Всё будет хорошо. Это же твой папа! Он самый сильный маг на свете. С ним ничего не может случиться!»

Леони тоже так думал, но всё равно волновался. Папа и раньше всегда был занят разными важными делами, но никогда не пропадал так надолго. Он обязательно находил время прийти к сыну вечером перед сном, а раз в неделю проверить, чему его научили гувернёр и учителя. В выходные они с отцом обязательно несколько часов проводили вместе: катались на лошадях или гуляли в парке, иногда рыбачили вместе с дядей Рэем, или отправлялись порталом в столицу Королевства, чтобы поесть вкусных пирожных в кофейне, сходить в зоопарк, или даже просто посидеть вместе в отцовском кабинете.

Хотя отец как никто умел «контролировать свои эмоции» и по его виду трудно было понять, что он чувствует, Леони знал, как сильно отец любит его. Обычно вечером, когда они оставались в детской одни, папа опускал щиты и давал мальчику почувствовать себя. Нежность, тепло и сила отца окутывали Леони золотым коконом, и он спокойно засыпал под отцовский голос.

Но вот уже почти два месяца Леони его не видел. Несколько раз за это время ночью в полусне он ощущал присутствие отца, его любовь, и даже пытался открыть глаза, чтобы увидеть, но в привычном коконе нежности ему становилось так хорошо и спокойно, что мальчик просто проваливался в сон.

То, что отец действительно приходил к нему, утром подтверждали появившиеся ночью на прикроватном столике то горсть лесных ягод, то красивый камешек или перо птицы. Всё это Леони бережно складывал в свою шкатулку с сокровищами и вечерами, перед сном перебирал их.

Только ягоды он съел, они всё равно бы не сохранились. Ягоды были незнакомые и очень вкусные. Такие не росли в этих местах, и Леони потом специально попросил гувернёра найти в семейной библиотеке книгу про растения Королевства с картинками, чтобы узнать, откуда папа принес их.

Оказалось, что такие ягоды растут лишь в горах, на самой границе с Рудгарской империей, и Леони долго гадал, что там делал отец. Он даже спросил учителя географии о новостях, что тот любил читать в газетах: «Не писали ли там о стычках на границе или какой-нибудь войне?»

Но учитель только посмеялся и сказал, что «к счастью всё спокойно в нашем Королевстве и на границах. И отважным Эрриа можно спокойно учить географию. Изменений границ пока не предвидится!»

Этот смех и глупая шутка успокоили мальчика:«Не знаю, чем занят отец, но не войной, это точно».

Беспокойства Леони добавляло и то, что эти два месяца дом опустел. Из всего рода Эрриа в поместье оставался только он. На его памяти здесь никогда не было особенно многолюдно. Почему-то у них никогда не было столько родни, как в доме бабушки по матери. Там каждый день за столом собиралось несколько поколений: дедушка и бабушка, тёти и дяди, разновозрастные кузены и кузины. Было шумно и весело.

У них же за стол с мальчиком раньше постоянно садились только тёти Элис и Элида, часто, но не всегда, папа, который занимал место во главе стола. Реже, чем папа, но тоже часто появлялся всегда весёлый дядя Рэй. И это всё. Мама у мальчика умерла, когда он был совсем крохой, и Леони её совсем не помнил, так что почти не скучал. Только иногда ему хотелось, чтобы и у него семья была, как на картинках в детских книжках, или как у двоюродных братьев.

Только он старательно гнал это глупое желание. Когда однажды за завтраком в гостях у деда и бабушки, он сказал что-то такое, то бабушка посмотрела на него с такой острой жалостью, что Леони показалось, будто он порезался, так стало больно. Бабушка сразу прикрылась щитом, но Леони понял, что она сердится, когда сказала деду:

– Это ты настоял на том браке. И что, стоил он того?!