Родиться в небесах

В салоне самолета воцарилась наконец-то удивительная тишина, нарушаемая лишь монотонным гудением двигателей. Александру, после того кошмара, который ему пришлось пережить при взлете аэробуса и в течение последующих двух часов полета, такая тишина казалась невероятной…

Он летал на самолетах два-три раза в год, но этот взлет произвел на него гнетущее впечатление. Во время разгона потолочные секции самолета ходили ходуном, и казалось, что фюзеляж аэробуса АЗЗО вот-вот развалится на кусочки. При этом крылья дрожали так, будто вибрация и являлась подъемной силой. Александр даже закрыл глаза, чтобы оградиться от этой давящей картины, убеждая себя, что все идет как положено, что корпус аэробуса сделан из новейших композитных материалов, достаточно прочен и причин для волнения нет. Но когда он вновь открыл глаза и увидел, как выгнулись крылья уже взлетевшего самолета, то не смог избавиться от мысли, что аэробус с трудом справляется с полетом. Через час самолет попал в турбулентный поток и замахал крыльями, словно чайка в бурю. Александр представил себе, как от аэробуса отваливаются двигатели после этой тряски, и ему стало страшно. Он попытался сосредоточить свое внимание на экране монитора, установленного на спинке стоящего впереди кресла.

Развлекательных программ было много. Хочешь фильмом наслаждайся, хочешь музыку слушай – выбор приличный, любого взыскательного пассажира устроит. Можно было наблюдать за землей через внешнюю видеокамеру или рассматривать карту полета. Александр просмотрел список игр и выбрал пасьянс. От Сеула до Куало-Лумпура предстояло лететь почти шесть часов, надо было чем-то занять себя.

Но сегодня ему явно не везло. Он всегда думал, что любит детей. Однако окруженный в салоне сотней подростков, которые не говорили, а кричали что-то друг другу одновременно и поминутно взрывались оглушительным хохотом, в мире полного хаоса и вакханалии с летящими на пол фантиками от конфет и жевательной резинки, когда его толкали со всех сторон неугомонные детишки, подпрыгивающие на месте, словно мячики, а сзади ударяла спинка собственного сидения, сотрясаемая детскими коленями и ступнями, чьи обладатели увлеченно тыкали пальцами в экран монитора, закрепленного на спинке его кресла, – Александр понял, что начинает люто ненавидеть эту жующе-орущую орду. В голове возникали сладкие сцены мести, как он, вооруженный пейнтбольным маркером, встает во весь рост и без малейшего сожаления выпускает очередь шариков с краской в этих малолетних разбойников…

Они ведут себя так, словно кроме них никого нет на белом свете. Двое воспитателей, сидящие впереди, давно оставили попытки призвать распоясавшихся тинэйджеров к порядку. «Детки богатых родителей, – с сарказмом решил Александр. – Они думают, что им позволено все». Из обрывков фраз он понял, что эта орава едет в Малайзию изучать английский язык во время школьных каникул.

Александр с тоской посмотрел в начало салона. Там сидели смиренные паломники в белых хламидах. Ну почему ему не дали место среди них?! Оглянувшись назад, он поймал измученный взгляд беременной женщины, на вид лет тридцати. Она сидела в хвосте самолета. Мимо нее то и дело сновали возбужденные подростки, пихаясь локтями, дергая друг друга за рукава и непрерывно тараторя, будто потревоженная стая макак. Поняв, что ей тяжелее, чем ему, Александр испытал слабое удовлетворение.

Когда по салону разнесся запах разогреваемой пищи, дети наконец-то расселись по своим местам. Александр взял себе лишь стакан минеральной воды без газа. В последнее время он с опаской приближался к весам. Работа программиста, вечное сидение перед компьютером, а дома перед телевизором, наличие машины, поглощение пиццы и гамбургеров – все эти бичи современной цивилизации откладывались жировой прослойкой на его еще молодом теле. Тридцать лет – расцвет сил! А он уже с трудом взбирается по лестнице и забыл, когда делал утреннюю зарядку. Александр начал ходить с друзьями на пейнтбольный полигон, но служил отличной мишенью для противника. Все это огорчало его.

Он вперился в монитор, стараясь не замечать жующих рядом детей и отвлечься от щекочущих ноздри запахов. Вскоре стюардессы убрали остатки еды и грязную посуду. Галдеж потихоньку стал затихать.

В какой-то момент Александр поднял голову и осмотрелся. Он не поверил своим глазам: все вокруг него спали. Это было невероятно! Александр почувствовал прилив счастья: после двухчасового гама наступившая тишина показалась ему раем.

Он блаженно потянулся и закрыл глаза. Перед взором поплыли картины тропических островов, синего неба и аквамаринового океана, зеленые розетки пальм и белый коралловый песок. Александр сладко поежился. Наконец-то мечта станет явью. Он представил полуобнаженные тела малаек, их кожу, отливающую оливковым цветом, и счастливо вздохнул, предвкушая радость жизни на райском острове.