Риск

В воскресенье за ужином Лайл равнодушно сообщил, что в понедельник утром вылетает в Чикаго.

— Надолго? — поинтересовался я.

— На неделю до следующего понедельника.

— На целую неделю! — воскликнул я так громко, что маленький Тод вздрогнул от страха и уронил ложку с пюре. — Ты оставляешь Марту одну на целую неделю?

Едва эти слова слетели с моих губ, как я пожалел о них. Конечно, по городу разгуливал маньяк-убийца, и я имел право беспокоиться о сестре, но мне нравился Лайл. Он был настолько чувствительным, что при разговоре с ним приходилось тщательно взвешивать каждое слово. Мой шурин быстро обижался и мог часами сидеть молча и смотреть в одну точку.

Марта с тревогой взглянула на мужа, но, увидев, что он никак не отреагировал на мои слова, облегченно вздохнула.

— Меня будет защищать Тод, — пошутила она.

Хорош защитничек! Моему племяннику-тезке было два с половиной года.

Я тревожился за сестру не напрасно. Маньяк-убийца, прозванный «Чулком» за то, что душил своих жертв чулками, уже расправился с шестью женщинами в Сент-Луисе. Вскоре у этого подонка появились подражатели. В Канзас-Сити и Чикаго произошло по подобному убийству. Все убитые в нашем городе были молодыми красивыми замужними женщинами. В момент убийств мужья дома отсутствовали. В двух случаях они уезжали в командировки, а в четырех других — куда-то уходили.

То, что всех шестерых убил один и тот же человек, было очевидно. Убийца пробирался в дом ночью, когда хозяйки уже спали, находил чулки, в которых ходили жертвы, после чего одним душил, а второй уносил с собой. Ни одна жертва не подверглась сексуальному насилию. Преступник наверняка действовал в перчатках. На все шесть убийств имелась одна-единственная свидетельница, которая видела, как из дома одной из жертв вышел какой-то высокий мужчина во всем черном. К сожалению, она видела его со спины и, естественно, не могла описать.

— Мне — не до смеха, — мрачно покачал я головой. — Не забывай, что одно из убийств произошло всего в полумиле от вашего дома.

— Если он вздумает забраться ко мне, то его будет ждать неприятный сюрприз, — улыбнулась Марта. — В армии я прошла курс дзюдо.

— Состоящий из целых двух уроков? — хмыкнул я. — А если этот Чулок тоже специалист по дзюдо?

— Двенадцать уроков по часу. — Марта обиженно поджала губы. — Если хочешь, могу показать, чему меня там научили.

— Я велел Марте запирать по вечерам все двери и никому не открывать, — пожал плечами Лайл Бартон.

— Послушай, Лайл, — хмуро проговорил я и выразительно посмотрел на него. — Я занимался этой историей с самого начала и знаю кое-какие подробности, о которых не было ни слова в газетах. Полиция попросила репортеров попридержать их, опасаясь, что они вызовут панику. Убийца проникал в дома жертв при помощи отмычки.

— Значит, нужно поставить на обе двери засовы, — вздохнул Лайл. — Но я улетаю рано утром, когда хозяйственные магазины будут еще закрыты… Тод, выручай. Будь другом, поставь завтра засовы.

— Конечно, поставлю, но и засовы не дадут стопроцентной гарантии. Одна из жертв заперлась изнутри на засовы, но убийца аккуратно сделал стеклорезом дыру в стекле около ручки. Я говорю о том случае, когда в газетах написали, будто он забрался в дом, разбив окно. Детективы испугались, что, если написать правду, начнется паника, и домохозяйки станут палить из ружей по мужьям, которые поздно возвращаются домой… Эта поездка необходима?

— В Чикаго каждый год проходит выставка новых электронных товаров, — со вздохом объяснил шурин. — Я не могу ее пропустить.

Лайл работал в отделе снабжения крупной электронной фирмы и регулярно ездил в командировки. Правда, такой продолжительной командировки я что-то не мог припомнить. Обычно он уезжал на один-два дня. Уволившись из армии, Лайл полгода ходил на курсы по ремонту телевизоров и теперь подрабатывал по вечерам, устраняя неисправности в телевизорах. Он зарабатывал около десяти тысяч долларов в год, но их едва хватало, чтобы прокормить семью из трех человек и выплачивать взносы за дом.

— Тогда я перееду к вам на эту неделю, — решительно объявил я.

— Я — не против, — пожал плечами Бартон. — Если, конечно, ты согласен спать на диване в кабинете.

— Репортеры могут спать где угодно, — заверил его я.

— Конечно, с тобой мне будет спокойнее, — улыбнулась Марта. — Но, по-моему, ты напрасно беспокоишься, братец. Чулок убивает только красивых женщин.

— Не сомневайся, ты относишься к их числу, дорогая, — тут же заявил мой шурин.