Ричард Львиное Сердце

Такое крупное, блестящее поэтическое явление, как Ричард Львиное Сердце, прямо связанное с крестовыми походами, должно бы занять внимание историков спозаранку; а между тем настоящие исследования о нем начались лишь около половины 19-го века и пока дали не особенно много. Виной тому недостаток источников. Во времена Ричарда грамотность была слаба, и она сосредоточивалась в односторонних руках церковников, которые были ленивы на писательство: крупных летописцев-специалистов тогда не было, особенно в Англии. А иное утрачено — так пропало несколько литературных историй Ричарда I, даже в стихах. Отсюда скудость, отрывочность, случайность и пристрастие источников. Дело изучения нашего предмета двинулось лишь с 1857 года, когда казначейство его величества в Англии решило издавать источники средневековой истории Англии под названием Rerum britannicarum medii vevi Scriptores, или Chronicles and Memorials of Great Britain («Летописи и записки Великобритании»), от нашествия римлян до Генриха VIII, с научными предисловиями о них и об их авторах.

Как было поведено это дело, видно из того, что в 1864 году вышли первыеТакое крупное, блестящее поэтическое явление, как Ричард Львиное Сердце, прямо связанное с крестовыми походами, должно бы занять внимание историков спозаранку; а между тем настоящие исследования о нем начались лишь около половины 19-го века и пока дали не особенно много. Виной тому недостаток источников. Во времена Ричарда грамотность была слаба, и она сосредоточивалась в односторонних руках церковников, которые были ленивы на писательство: крупных летописцев-специалистов тогда не было, особенно в Англии. А иное утрачено — так пропало несколько литературных историй Ричарда I, даже в стихах. Отсюда скудость, отрывочность, случайность и пристрастие источников. Дело изучения нашего предмета двинулось лишь с 1857 года, когда казначейство его величества в Англии решило издавать источники средневековой истории Англии под названием Rerum britannicarum medii vevi Scriptores, или Chronicles and Memorials of Great Britain («Летописи и записки Великобритании»), от нашествия римлян до Генриха VIII, с научными предисловиями о них и об их авторах.

Как было поведено это дело, видно из того, что в 1864 году вышли первые тома, изготовленные знаменитым знатоком дела Стёббсом (Stubbs). То была кембриджская рукопись неведомого и весьма любопытного «Спутника и деяний Ричарда» (Itinerarium peregrinorum et gesta regis Ricardi) лондонского каноника Рикарда, с важным предисловием самого Стёббса о летописях того времени. Этот «Спутник» — единственный связный рассказ о крестовых походах, род эпической поэмы. Он имеет вид дневника, который отсылался по частям из Палестины.

Оказалось, что есть пять летописцев, писавших особенно о крестовом походе и о плене Ричарда. Все позднейшие летописцы, даже такие важные, как Матвей Парижский, брали из них, нередко выдавая эту добычу за собственное произведение. Важнее всех из пяти летописцев является Радульф Коджсгэль (Coggeshale) — довольно образованный цистерцианец, очевидец событий, который, сверх того, много слышал от двух ближайших к Ричарду лиц. Он имеет особое отношение и к нашему роману, раскрывая тайну творчества Юлета в лице милейшего аббата Милó[1]. По заявлению самого Радульфа, а также его товарища по летописанию Иоанна из Петерборо, «деяния Ричарда описали его капеллан Ансельм и его милостынник, аббат Милó». Но нигде не осталось и следа летописей этих двух монахов; кажется, даже они не писали, а лично рассказывали помянутым летописцам.

Про самого Милó у нас есть некоторые сведения. Он был настоятелем цистерцианского монастыря Марии Сосновской (de-Pinu, le Pin) в Аквитании, в двадцатипяти верстах от Пуатье. Ричард очень любил эту тихую и ученую обитель своей родины: застав её в упадке, он подновил и богато одарял её. Любил король и её кроткого аббата: он всегда держал Милó при дворе, как своего милостынника, а порой и духовника, Радульф так очерчивает личность нашего аббата: «Этот почтенный человек принимал с изысканным вниманием и великолепной щедростью монахов, посещавших двор нашего короля по разным делам. И этот аббат пошел с королем в Иерусалим. Он всё убеждал рыцарей мужественно бороться с врагами креста Спасителя и не страшиться смерти за своего Господа. Он был при короле до конца его болезни: он достодолжно увещевал его исповедать свои грехи, заставил его принять миропомазание перед смертью, закрыл его глаза и рот, когда он испустил дух, и собственными руками умастил ему голову бальзамом». Ричард дал своему любимцу две грамоты на земли. Милó управлял своим аббатством с 1190 по 1227 год.