Ренни

Переводчик: Вера Васюнина

Редактор: Екатерина Камченкова

Обложка: Вера Васюнина

Мина

— Это не Грасси.

В самом деле, о чем они вообще думали, подозревая их? Я имею в виду, что было легко делать поспешные выводы, когда у вас был очевидец, который их опознал. Вы знаете, особенно когда вы — кучка упрямых, наполненных тестостероном байкеров, бегущих на всех парах после разрушительного удара по их организации и в ярости от того, что вы не можете повесить это на кого-нибудь.

Но это, по моему скромному мнению, не было оправданием для того, чтобы идти с войной по ослиной теории.

Это, однако, не помешало мужчинам разглагольствовать, бредить и строить планы по уничтожению того, кто, как я знала, был в основном неопасной семьей мафии, с которой у них был мир задолго до того, как Рейн даже пришел к власти.

Я прислонилась спиной к стене, скрестив руки на груди, позволяя игнорировать себя. Я была почти уверена, что никто даже не слышал от меня о том, что это не Грасси. Но они были на взводе, а я была посторонней, так что они все равно не собирались слушать меня, пока не успокоятся.

Я не была уверена, о чем думала Ло, когда она оторвала меня от другой работы, в которой я действительно преуспевала, и вернула меня на побережье Навесинк, чтобы наблюдать за чертовыми улучшениями комплекса Приспешников и посмотреть, что я могу сделать, чтобы помочь им создать профиль для людей, которые за ними охотились.

На самом деле, она знала лучше.

Дело не в том, что я плохо справлялась со своей работой. Было не так много профайлеров, работающих вне правоохранительных органов, которые были лучше меня. Но, как бы то ни было, она знала, что у меня есть предпочтения. Она знала, что я люблю работать на расстоянии. Мне нравилось наблюдать за ситуацией и видеть все с высоты птичьего полета. Это помогало мне оставаться объективной. Это уберегало меня от той дерьмовой лжи, которой большинство людей так или иначе кормили бы меня. И, в конце концов, это избавляло меня от многих разочарований.

Но я была посреди хаоса в общей комнате их комплекса, все это недавно переделали, потому что, ну, все было покрыто кровью. Я сама не видела этой части, видя, как ребята убирали ее, но я могла только представить, что это была полная и абсолютная кровавая баня, учитывая, сколько людей они потеряли в ночь засады.

Не то чтобы я избегала крови. Честно говоря, того, что я видела на фотографиях жестоких изнасилований, пыток и убийств, да, этого было достаточно, чтобы свести с ума любого. Но они всегда были в таком стерильном виде — я всегда видела это на фотографиях.

Снова, давая мне дистанцию.

Мне нравилось, чтобы моя жизнь, насколько это возможно, была чистой и разделенной на части.

Это было то, что Ло делала в прошлом. В то время как остальная часть команды большую часть времени была погружена в темные вещи, я наблюдала за ними издалека.

Как мне это нравилось.

Это было не потому, что я плохо срабатывалась с другими; я просто лучше сосредотачивалась на работе, когда у меня не было кучки сильных личностей, дышащих мне в затылок или подвергающих сомнению каждую мою теорию.

— Это не Грасси, да? — спросил голос рядом со мной, принося с собой слабый намек на сигаретный дым и идеальное количество одеколона.

Конечно, он был единственным из них, кто слышал меня, слушал меня. С другой стороны, он всегда слушал меня.

Это должно было быть лестно. На самом деле, если бы это был кто-то другой, это, вероятно, было бы так. Но Ренни не был тем, кого я хотела бы постоянно слушать. Потому что Ренни, как и я, никогда просто не прислушивался к словам. Ренни улавливал интонацию, размышлял о мотивах, стоящих за словами, извлекал кусочки твоей души из того, что выходило у тебя изо рта.

Ренни профилировал.

И точно так же, как врачи поднимают болезненные темы пациентов, так и профайлеры поднимают такие же темы.

Мне не нравилось, что он мог прочесть в моих словах больше, чем то, что я хотела сказать. Что было лицемерием с моей стороны, я знаю, будучи в той области, в которой я была, но так оно и было.

Так что пограничный навязчивый флирт Ренни со мной в течение последних нескольких недель, в то же время очаровательный, милый, а иногда и очень соблазнительный, ни к чему не приведет.

Потому что, давайте посмотрим правде в глаза, тому, кто составлял профиль людей, было достаточно трудно поддерживать отношения с обычным человеком. А когда два профайлера становятся горячими и потными или все становится серьезным? Ох, нет.

Это было бы взрывоопасно как в хорошем, так и в плохом смысле.

Но в основном в плохом.

Если бы я захотела увидеть, как взорвется дерьмо, я бы позволила Ло снова отправить меня за границу.

Кроме того, как и моя профессиональная жизнь, я любила, чтобы моя личная жизнь была чистой и разделенной.

Значит, Ренни не будет частью моей жизни.

Дело закрыто.