Рэд

В свое время я официально посвятила книгу всем в моем доме, кроме себя, потому что, очевидно, это странно. Но я совершенно уверена, что сделаю это на каком — то этапе, ЛОЛ. В моей жизни так много людей, с которых я могла бы начать, за пределами моего пузыря борьбы с covid, особенных людей, которые позитивно влияют на мою жизнь. Итак, я решила начать со своей сумасшедшей подруги Валери.

Валери Своуп.

Ты прекрасная подруга. Я даже не знаю, как ты относишься ко мне, но кто — то же должен быть прав?

Итак, это тебе, за то, что даешь мне силы и поддержку продолжать печатать и создавать этот гребаный сумасшедший мир.

Я чувствую, что мне следует пойти по старому пути и сочинить стихотворение с твоим именем, чтобы описать твою сказочность!

Вибрация

Удивительные

Смех

В экстазе

Случайные мысли

Невероятно

Есть Канву

Итак, я надеюсь, вы либо чувствуете себя фантастически, либо смущены, я не привередливая, ха — ха!

Большая любовь <3

Есть что — то вдохновляющее в искусстве находить внутреннюю силу, чтобы защитить себя, и стремиться разрушить барьеры, которые тебя окружают.

— Джессика Уотсон

Джесс

Эта чертова книга захватила меня целиком, затягивая в историю, и я не хочу пропустить ни секунды. Я читаю слова на своем Kindle, но я словно нахожусь прямо там, в книге. Сцена, разыгрывающаяся прямо перед моими глазами, когда Иден получает свое окончательное возмездие. Перекатившись на живот, я пытаюсь устроиться поудобнее со своим Kindle в руке, не желая терять место, но в то же время слишком нервничая из-за перехода к следующей странице. Особенно с учетом того, что я на девяносто восемь процентов закончила книгу, а эта история даже близко не закончена. Я уже чувствую кульминацию.

Мои родители внизу, готовят какой-то шикарный ужин, который меня совершенно не интересует, так что я сбегаю единственным известным мне способом. Представляя мир, где женщины — крутые стервы, удерживающие более одного мужчины и занимающиеся лучшим сексом в своей жизни.

Вздыхая, я заправляю выбившуюся прядь волос за ухо, чувствуя эмоции, сквозящие в этих словах, как будто я сама была Allstar. Вся боль, которую они испытывают, когда видят Иден перед собой, полностью ошеломляющую их всех, когда она бьет их по больному месту. Я чувствую себя дерьмово самодовольной из-за нее. Что они, блядь, заслужили после всего дерьма, через которое они заставили ее пройти. Дверь моей спальни распахивается и ударяется о стену, заставляя меня выпрыгнуть из собственной кожи в шоке.

— Джессика, я звала тебя по имени последние пятнадцать минут, — фыркает моя мать, уперев руки в бедра. — Наши гости будут здесь меньше чем через двадцать минут, а ты никоим образом не готова приветствовать их в таком виде. — Она машет рукой в мою сторону, недовольная тем фактом, что на мне мои милые шелковые шорты с розовыми сердечками и пижамный комплект с рубашкой.

— Я уже говорила тебе, мама, я не пойду на твой дурацкий ужин. Мне все равно, с кем это будет и как это повлияет на твой имидж в сообществе Физерстоунов, — бормочу я в ответ, не отрывая взгляда от своего Kindle.

Она не продолжает ворчать, и я совершаю ошибку, замечая это слишком поздно, когда Kindle вырывают у меня из рук и со стуком небрежно бросают на пол позади нее.

— Джессика, что я говорила тебе о твоих приоритетах? Ни одному мужчине не будет интересно, что ты читаешь, когда у него есть другие потребности в тебе. — Она вздыхает, повторяя то же самое, что делает всегда. — Чтобы убедить мужчину жениться на тебе, ты должна быть такой, какой он тебя представляет. Хорошенькой, тихой, заботливой и ходить босиком по кухне. — Я произношу эти слова одними губами у нее за спиной, когда она поворачивается и встает перед моим зеркалом в пол, поправляя платье с запахом в цветочек. Ее светлые волосы блестят на свету, а ее пристальные голубые глаза оценивают ее саму. Ни одной морщинки не видно благодаря ботоксу, который она ввела в свою теперь безупречную кожу.

Она всегда произносит одну и ту же речь, но она живет прошлым. Я не хочу сидеть дома, строгая детей, как племенная фабрика, только для того, чтобы обнаружить, что у моего мужа роман со своей секретаршей. Это не я. Этого никогда не будет, но до тех пор, пока я не смогу безопасно стоять на своих собственных ногах, я должна соблюдать правила своей матери или испытывать на себе ее гнев.

— Сейчас я не буду повторяться, Джессика. У тебя есть двадцать минут, чтобы привести себя в презентабельный вид, — она наклоняется, чтобы забрать мой kindle, и направляется к двери. — И ты можешь забрать это ужасное устройство завтра. — Уходя, она хлопает дверью, и моя кровь вскипает от гнева, который я чувствую внутри. Моя мать всегда игнорирует мнения и протесты, но боль в моей душе от того, что я держу язык за зубами, наносит наибольший ущерб.