Развод по-бандитски

Курение смертельно опасно для здоровья. Простой пример – купил в придорожном ларьке сигареты, а обратно к машине путь отрезан: там киллер с автоматом. И тогда можно не только здоровье потерять, но и самой жизни лишиться. Но Василию Аникееву по прозвищу Вайс не страшно. От судьбы не уйдешь, и он уже свыкся с этой мыслью.

К тому же спокойно все было, когда он подъезжал к ларьку. «Хвоста» за собой не заметил, чутье ничего не подсказывало. Но на обратном пути от киоска он увидел подозрительную машину. Синяя «шестерка» с мятым крылом подъехала к вышедшей на обочину девушке. Все бы ничего, но в машине кавказцы, и вели они себя нагло, вызывающе. Сначала через открытое окно к девушке потянулись волосатые руки, затем открылась дверца, и показался черноволосый носокрюк. На нем отвисшая майка-борцовка – видны шерстяные плечи, меховая грудь. Девушка шарахнулась от такой красоты, но кавказец напирал. Вот он уже схватил ее за руку, тащит в машину. На лице у него улыбка до ушей.

– Поехали, красавица! Хаш будем кушать, шашлык! – Свободную руку он поднес ко рту и смачно поцеловал собранные в щепотку пальцы.

А девушка действительно хороша собой. Красивые глаза, в них хрустальное сияние – глубокое, яркое. Милая она, нежная и хрупкая. И на это беззащитное создание наехали джигиты, лапают своими грязными руками…

Не должен был Вайс впутываться в эту историю. Ведь, возможно, это провокация. Он отвлечется, а враг зайдет со спины… Но как не вмешаться, если на его глазах творится беспредел? Да и девушка ему очень понравилась.

– Слышь, урюк! Руки убрал!

Чернявый услышал Вайса и девчонку отпустил. Развернулся к нему лицом, злобно оскалился. Крепкий парень, шея у него мощная, борцовская. И стойку он занял, как будто собирался сгрести противника в охапку, швырнуть вниз головой на ковер. Может, он всерьез вольной борьбой занимался или греко-римской. Такого бросковой техникой не взять, с ним только удары пройдут. Например, кулаком под нос, туда, где болевая точка. Тут главное – точность, быстрота и сила, но Вайс по этой части мастер.

Джигит пропустил удар, взвыл от боли, шагнул к Вайсу, раскинув руки, но вдруг пошатнулся, колени его подкосились, и он беспомощно плюхнулся на задницу.

Вайс оглянулся. Вроде бы все в порядке: никто не подкрадывается к нему со спины. Из «шестерки» тоже никто не выходит. В ней кавказец за рулем, на Вайса он косится, голову опустил, и сам как опущенный. Даже не думает дружку своему помочь.

– Еще раз в городе увижу, убью, – пригрозил Вайс.

Он мог бы пнуть сидящего на земле джигита. Но сейчас не тот случай, когда добивают лежачего. Кавказец в шоке, раздавлен он и потерян, на Вайса бросаться не собирается. Сидит, зубы выбитые вместе с кровью сплевывает. И еще девушка рядом. Она и без того потрясена, и ни к чему демонстрировать перед ней свою жестокость.

Похоже, незнакомка вышла на обочину, чтобы поймать машину. Если так, то Вайс может предложить ей свои услуги.

– Тебя подвезти?

Казалось, от шока девушка лишилась дара речи. Ничего не сказала, но кивнула.

Красивая она. Черты лица правильные, скулы высокие, изящные линии носа, изгибы бровей. Но с такими глазами, как у нее, смотрелось бы даже корявое лицо. Светло-каштановые волосы, кожа нежная, бледная, но не блеклая, как это бывает у нездоровых людей. Кофточка на ней со скромным декольте – голубая в тонкую темную полоску, белые джинсы в обтяжку. Когда красавица садилась в машину, Вайсу показалось, что под одеждой нет белья. Но ему так только показалось. Не могло это нежное и хрупкое создание ходить без трусиков. Да и не так уж и жарко на улице, чуть больше двадцати выше нуля. Июнь месяц, лето еще не в разгаре. Тепло на улице, хорошо, еще бы от тополиного пуха избавиться, вообще было бы здорово.

Вайс закрыл за девушкой дверь, сел за руль. Сначала стронул свою «девятку» с места, только затем спросил, куда ехать.

– В Андреев, – не глядя на него, с некоторой робостью ответила девушка.

Милая она и очень женственная. А обаяние такое, что у Вайса приятно закружилась голова. И плевать ему, что Андреев находится в сорока километрах от Краснополя. Время вечернее, половина девятого, скоро темнеть начнет, но это его ничуть не смущает.

– Живешь там?

– Да.

– На выходные едешь?

Ей лет восемнадцать, не больше. Может, в институте учится или в техникуме. Или работала где. В Андреев туда и обратно каждый день мотаться накладно, тем более на такси, поэтому она могла жить в общаге, а домой ездить только на выходные.

– Да.

Сумочка у нее такая же изящная, как и она сама. И вещей в ней много не увезешь… Но может, она сама стирает свои вещи, чтобы не возить домой. Чистенькая она, аккуратная. И очень скромная. Такие девушки, как правило, прилежны как в учебе, так и в быту.

– Учишься?

– Да.

– А зовут тебя тоже «да»?

– Да, – кивнула она и улыбнулась, показывая, что чувство юмора ей не чуждо.

– А если серьезно, как тебя зовут?

– Яна.

– А я Василий. Если тебе интересно.