Разоблаченное

Елена Гилберт умирает. Когда Деймон Сальваторе отомстил за смерть своего брата Стефана, он нарушил священный контракт, который заключил со Стражниками — и поставил под угрозу жизнь Елены.

Она должна была умереть, но вместо этого, Стражники предлагают Елене единственный в жизни шанс: начать все сначала. С тех пор как она встретила братьев Сальваторе, любовь Елены к ним обоим являлась причиной бесконечных смертей и разрушений. Но если Елена сможет вернуться к началу — своему выпускному классу средней школы, когда она впервые встретила Деймона и Стефана — и доказать, что она может существовать рядом с ними, исключая для них обоих убийства людей, то Елена может жить.

Но Деймон целую вечность был непредсказуемым, безрассудным и опасным. Возможно, единственный способ для Елены спасти всех — включая себя — это отказаться от Сальваторе навсегда. Сможет ли Елена пожертвовать своими собственными желаниями во благо? Или ее путь к трагической любви уже написан на звездах?

Безжалостный ученый и создатель вампиров Джек Далтри мертв, убит Дэймоном и Еленой. Но теперь Елена умирает, а Стражники дали ей единственный шанс спасти и себя и Дэймона. Она должна вернуться в прошлое, прежде чем она встретила братьев Сальваторе, к точке, с которой все началось.

Елена должна убедиться, что уничтожение, которое началось вместе с одержимостью Стефана и Деймона по отношению к ней, никогда не начнется. Но она не знает Дэймона, которого впервые встретила много лет назад, и он не знает ее. Он опасен. А сможет ли она вынести все и создать будущее, в котором не будет Дэймона или Стефана?

«Я собираюсь разбить садик с травами вот здесь,» — сказала Бонни Зандеру, окидывая взглядом их новый двор.

Зеленая трава расстилавшаяся перед ней, бежала прямо к краю извивающейся проселочной дороги.

Там было маленькое пространство, наполовину на солнце, наполовину в тени, которое было бы превосходным для выращивания трав для создания амулетов и заклинаний.

За дорогой возвышались горы с белоснежными вершинами — настоящие горы, гораздо выше чем холмы Вирджинии.

Позади неё стоял Зандер и обвивал руками её талию, уткнувшись подбородком в её плечо.

Бонни удобно откинулась назад на его теплый торс. Делая глубокий, удовлетворенный воздухом Колорадо вдох, она сказала ему:

«Здесь просто великолепно.»

Они находились здесь всего несколько дней, и каждый новый день Бонни с радостью открывала глаза, поражаясь своему счастью.

Она переехала сюда, потому что не смогла бы жить без Зандера, но она и представить себе не могла, что ей здесь понравится.

Даже на пути сюда, в самолете, ее не покидало чувство беспокойства, ноющее где-то в районе желудка.

Бонни никогда раньше не жила от своей семьи так далеко, никогда не оставалась больше чем на пару месяцев там, где она не могла приехать к ее маме или сестрам, если она в них нуждалась.

И с ней всегда были рядом ее другие сёстры, Елена и Мередит, которых она выбрала.

Бонни чувствовала себя предателем, оставляя Елену и Мередит.

Конечно, они убеждали ее, что все понимают. Говорили, что она лишь на расстоянии телефонного звонка от них.

Но это не облегчало чувство вины Бонни. Стефан, настоящая любовь Елены, умер.

Мередит была обращена в вампира.

Конечно, это было неправильно для Бонни бросать их, особенно сейчас.

Но, находиться здесь казалось правильным.

Над головой простирается голубое и ясное небо Колорадо, такое чистое и глубокое, что Бонни казалось, будто она могла поднять руки и улететь прямо в это бескрайнее пространство.

Было что-то такое в этом бесконечном небе, в этой открытой земле и природе вокруг неё, что заставляло Бонни чувствовать, будто она наполнялась Силой.

«Я становлюсь сильнее с каждым днём,» сказала она, сплетя пальцы Зандера со своими и прижимая его руки сильнее вокруг нее.

«Угу,» согласился Зандер, мягко целуя её шею.

«Это место по-настоящему живое. Джаред рассказал мне, как он, в форме волка, пробежал много миль вчера ночью в горах, и на его пути не было ничего, что могло бы ему помешать: ни машин, ни городов. Это замечательно.»

Он потянул ее за руку, и Бонни последовала за ним в дом.

Наш дом. Как потрясающе здесь! — думала она.

Их старое жильё ей нравилось. А в этом маленьком белом ранчо не было соседей, на которых пришлось бы жаловаться из-за шума. Не было и хозяина, устанавливающего свои правила.

Это место принадлежало им.

«Мы можем делать здесь все, что захотим,» сказала она Зандеру.

Он ухмыльнулся, глядя на нее сверху вниз своей медленной, обезоруживающей улыбкой.

«И что же ты хочешь сделать, Мисс Бонни?» Бонни широко улыбнулась.

«О, у меня есть несколько идей», легко сказала она и приподнялась на цыпочки, чтобы поцеловать его, трепетно прикрыв глаза.

Знакомое ощущение бабочек в животе, которое дарили поцелуи Зандера, по-прежнему было с ней, только с примесью чего-то большего — теперь они женаты.

«Пока смерть не разлучит нас», а до тех пор, он принадлежал ей. Она заглянула в его теплые глаза цвета океана.