На рассвете любви

Девушка выглянула из окна купе, пытаясь выяснить, почему поезд, стремительно мчавшийся в ночи, вдруг неожиданно с шипением остановился. Вокруг простиралось чистое поле, где единственными признаками цивилизации были пустынная платформа да большой резервуар для воды. Заметив идущего кондуктора, она негромко окликнула его:

— Мы здесь долго простоим?

— Минут десять, — ответил он, двигаясь по направлению к паровозу.

Виктория, а так звали девушку, бросила взгляд на лежащую на соседней полке фигуру, чей храп разбудил ее, затем решительно схватила джинсы и натянула их поверх пижамных штанов. Осторожно ступая, она вышла из купе, тихонько прошла по коридору и, распахнув дверь вагона, соскочила вниз.

Засунув руки в карманы, подняв голову к усыпанному сверкающими звездами небу, она прошла несколько метров вдоль поезда, наслаждаясь прохладным ветерком, напоенным ароматами трав.

Она старалась не отходить далеко и не спускала глаз с раскрытой двери вагона, поэтому не заметила четырех молодых людей, спрыгнувших с подножки общего вагона вслед за ней.

— И что же такая красотка делает здесь одна? Может, мы скрасим ваше одиночество?

Виктория резко обернулась. Заговорившие с ней парни выглядели бы совершенно безобидно, если бы не запах алкоголя, исходивший от них.

— Вышла немного подышать свежим воздухом, — вежливо ответила она и направилась к своему вагону.

— Постойте, постойте, — сказал один из них, самый крупный и плотный, оказавшийся ближе всех к ней.

Увидев, как кто-то надвигается на нее, девушка выбросила вперед руку, как бы защищаясь.

— Оставьте ваши глупости. Я возвращаюсь назад.

Пока ей не было страшно. Но в душе начала зарождаться тревога.

Ее слова вызвали приступ возбужденного смеха, к ней приблизился еще один и попытался схватить ее. Она с силой ударила его по руке.

Темный поезд не подавал признаков жизни, а кругом простиралась пустынная степь. Однако свидетелем этой сцены был еще один пассажир, стоявший поодаль, рядом со своим вагоном. Помедлив мгновение, он слегка пожал широкими плечами и большими шагами направился к ним.

Резкий удар, и один из нападавших отшатнулся назад. Железные пальцы схватили за руку грубияна, не дающего девушке пройти, и развернули его на 180 градусов.

Разозленный тем, что это, по его мнению, невинное заигрывание было прервано столь бесцеремонным образом, несостоявшийся Дон Жуан кинулся к обидчику с поднятыми кулаками, но замер, мгновенно протрезвев.

Незнакомец сдвинул на затылок большую черную шляпу, и при свете звезд стали хорошо видны его устремленные на них сверкающие глаза. От его молчаливой фигуры исходила спокойная и непоколебимая уверенность в собственных силах.

— На вашем месте я бы вернулся в вагон, — послышался твердый голос. Однако молодчики последовали совету не сразу и некоторое время стояли вчетвером против одного, затем повернулись и пошли к своему вагону.

— А вас, — отрывисто продолжал тот же голос, — не могу понять, что заставляет вас прогуливаться в таком месте и в такое время. — Он указал рукой на безлюдную местность вокруг, на длинный темный состав и шипящий паровоз, нарушающий ночную тишину, и продолжал негромко, но презрительно:

— Вы что, с ума сошли?

— И ничего я не сошла, — сдержанно ответила девушка, дрожа не то от злости, не то от пережитого страха. — Откуда мне знать, что в моей собственной цивилизованной стране нельзя выйти прогуляться, чтобы к тебе не пристала толпа пьяных хулиганов? Я всю свою жизнь прожила в городе, и со мной никогда не случалось ничего подобного…

Однако она увидела, что слова потрачены впустую, потому что незнакомец схватил ее за руку и не то чтобы очень нежно повлек по платформе к тому месту, где виднелась открытая дверь ее вагона. Она пыталась вырваться, чувствуя, как от его прикосновения через все ее тело словно проходит электрический разряд, вызывающий отнюдь не приятное ощущение, как и весь инцидент, происшедший здесь минуту назад.

Помогая ей подняться по ступенькам в вагон первого класса, незнакомец снова заговорил, и теперь его холодный тон сменился на приторно-ласковый, от которого у нее заныли зубы:

— Вот такие богатые избалованные городские барышни вроде вас, которые считают, что могут делать, что хотят и думают только о себе, приносят одни неприятности всюду, где появляются. Ни одна местная девушка не станет вести себя столь безответственно…

Виктория перебила его с нескрываемым раздражением:

— Я небогатая! И неизбалованная! Кроме того, я имею право ходить, где хочу и когда хочу. А если местные мужчины, — при последних словах ее голос стал столь же презрительным, как и у него, — предпочитают развлекаться подобным образом…