Рассказы (сборник)

Эму Вельку (1884–1966) принадлежит заметное место в немецкой литературе XX века; книги Велька пользовались при его жизни и пользуются поныне большой популярностью. Он работал в литературе свыше шести десятилетий, был журналистом, поэтом, драматургом, прозаиком. Широким признанием, которое получили его книги, он обязан, прежде всего своему яркому таланту рассказчика, злободневности тем и, конечно, духу гуманизма и свободолюбия, которым пронизаны его книги. Выходец из народных низов, представитель, как он говорил, древнего крестьянского рода (предки Велька жили в Нидерлаузице, экономически отсталой области Германии, населенной не только немцами, но и сорбами (представителями славянского национального меньшинства), он навсегда сохранил естественный демократизм м в жизни, и в поведении, и в творчестве.

Как и у других немецких писателей XX века, в творчестве Э. Велька ясно заметны три рубежа — первая мировая война и Ноябрьская революция 1918 года, приход Гитлера к власти в 1933 году, освобождение страны от гитлеризма в 1945 году. Но биография Эма Велька существенна для понимания его книг и в более конкретном смысле, ибо насыщала их темами, сюжетами, конфликтами, героями.

В заметке «Кое-что о себе», опубликованной в сборнике, который вышел в свет в 1964 году, к восьмидесятилетию Велька, он писал: «Отцы, мелкие крестьяне, заводили сыновей, которые, в свою очередь, становились мелкими крестьянами и тоже заводили сыновей более 400 лет подряд в одной и той же деревне в Нидерлаузице. В этом длинном ряду мой отец Готфрид Вельк (имя сорбское и означает волк) был первым, кто покинул деревню. Оставив хозяйство младшему брату, он уехал в Померанию, женился на дочери крестьянина и осел в Укермарке, на границе Померании. Я родился в деревне Бизенброу в округе Ангермюнде 29 августа 1884 года, третьим сыном из пятерых детей. Я ходил в деревенскую школу и много лет брал частные уроки у школьного учителя и у пастора. Ибо моя мать хотела, чтобы я стал пастором; но этого не хотели мы с отцом Мой отец хотел, чтобы я стал учителем; но этого не хотели мы с матерью. Я же хотел стать художником или моряком; но этого не хотели отец с матерью. Поскольку мы не могли прийти к согласию, я оставался дома и удовлетворял свою страсть к чтению и учению по придуманной мной системе»[1].

Биографы отмечают незаурядные способности, которые проявились у Э. Велька очень рано, еще в школе. Журналистская деятельность его началась в 1904 году — будущему писателю было девятнадцать лет — в одной из газет города Штеттин, откуда, правда, он скоро был изгнан, поскольку осмелился напечатать без ведома главного редактора заметку в поддержку бастующих моряков. Привело это к тому, что Вельк сам ушел в морс, решив испытать на себе матросскую жизнь.

В дальнейшем ему пришлось переменить немало профессий и мест жительства. Скитания эти были частью добровольными, частью вынужденными. Но где бы он ни жил и чем бы ни занимался, его всегда тянуло к литературе. Его способности в журналистике были настолько заметны, что уже в те годы, несмотря на молодость, он несколько раз занимал посты главного редактора в различных газетах и журналах. Он был, как пишет немецкая критика, самым молодым главным редактором в тогдашней Германии.

Первая мировая война не обошла стороной Эма Велька, как и большинство немецких писателей его поколения. Из-за слабого здоровья он был призван сравнительно поздно, в конце 1915 года, и служил в санитарной роте собаководом (животные всегда были страстью Э. Велька), но уже в 1917 году был уволен из армии по болезни. Но в становлении Велька-писателя война сыграла решающую роль. Издав свою первую самостоятельную книгу еще в 1913 году, он в военные годы стал писать стихи и рассказы, проникнутые явно антивоенными идеями. Один из рассказов, созданный в широко распространенной тогда экспрессионистской манере, Вельк послал в столичную газету, где он не только не был напечатан, но и переслан командованию части, в которой служил Вельк, как свидетельство его пораженческих настроений.

Э. Вельк приветствовал Ноябрьскую революцию, хотя больше сердцем, чем разумом. В годы Веймарской республики он принадлежал к той части немецкой интеллигенции леворадикального образа мыслей, которая честно стремилась определить свое место в острых классовых боях того времени, стараясь при этом оставаться вне партий. В поисках новых художественных средств он приходит к драматургии, которая давала возможность со сценических подмостков непосредственно обращаться к аудитории.