Рассказы сибиряка

Рассказы сибиряка

Владимир Григорьевич Соколовский

Описание

Владимир Игнатьевич Соколовский, русский писатель 19 века, учился в Московском университете, сблизился с Герценом и Огарёвым, был дружен с Полежаевым. Арестованный за сочинение песни «Русский император…», провел год в Шлиссельбургской крепости. Впоследствии жил в Вологде, заведовал редакцией «Вологодских Губернских Ведомостей». Поездка на Кавказ для поправки здоровья завершилась трагически: смерть от чахотки в 1839 году. Известен как автор поэмы «Мирозданье» (1832), поэм «Хеверь» (1837), «Ода на разрушение Вавилона» (1839), и других произведений. В данной антологии представлены произведения писателей, публицистов, деятелей культуры, живших на Северном Кавказе, в Ставрополе, подвергшихся ссылке или гонениям. Включает также исследования о них и их творчестве. Произведения «опальных» писателей связаны с Северным Кавказом, способствуя взаимопониманию народов России.

<p>В. И. Соколовский</p><p>Рассказы сибиряка</p>

Я ль виноват, что тебя, черноокую,

Больше, чем душу, люблю?

А. Вельтман

Прелестной брюнетке

Слова высокой притчи правы!Всему есть время: для труда,Для слез, для смеха, для забавы, —И вот вам шалость, Господа!<p>Рассказ первый</p>Ленивый прежде и беспечный,Я стал другой, увидя вас, —И вот вам первый мой рассказ,Но не сибирский — а сердечный.

Честь имею рекомендоваться вам, прелестная…. Вот хорошо!.. чуть было не сказал: прелестная Катинька… Конечно, тихомолком вы, может быть, и согласитесь со мною, что такая простота сердца чрезвычайно мила,

Но тут поставить надо: но,Затем, что простота в смешноеОбращена людьми давно,И мы — мы чувствуем одно,А говорим совсем другое.Все, кажется, живут в ладу,Но сердце с языком в разладе,И все друзья, да на бедуМы с этим кладом все в накладе.С иным заговори поди:Ведь как прикинется безбожно!Еще от скуки слушать можно,А в рот уж пальца не клади….Семь мудрецов во всяком делеСпоткнулись ныне бы как раз,Затем, что мы теперь у насНачтем семь пятниц на неделе.

Мне кажется, что из всех моих знакомых в двух частях света (простите господа знакомые!) только у одной особы что на уме — то и на языке, и эта особа, разумеется, — вы; есть еще один человек (и это разумеется — я), но кто же хвалит самого себя?..

Когда мне случается думать о вас (а я это делаю беспрестанно с тех пор, как недавно увиделся с вами в первый раз в жизни); когда я вспомню ваши розовые уста, так очаровательно обрисованные, то я никак не могу представить себе, чтобы

Уста невинной красотыХоть на смех иногда солгалиИ не сердечные мечтыВ волшебных звуках изливали…Скажите, к ангельским словамЯ быть доверчивым могу ли?..О! как прелестно вы взглянули:Я верю этим небесам! —Что ж до меня, то я сначалаКажусь на грешника похож,И вот во мне что только ложь,А впрочем, я предобрый малой!..

Но если дело пошло уже на правду, мне должно сказать вам откровенно:

Я думывал о вас и прежде,Когда в пленительной надежде,В подлунном мире я искалКрасот высоких идеал;От вас он отражен в Поэте,В вас все прекрасное слито,И признаюсь, в одном портретеЯ с вас списал уж кое-что…

Однако, ведь надобно же называть вас как-нибудь… Знаете ли что?.. Положим, что вы совсем не Катинька и что будто бы я только придумал это имя для шутки, затем, чтобы вас не узнали…

Хоть эта шутка и трудна:Как вы не прячьтесь за толпами,На вас покажут все рукамиИ скажут мне: да вот она!

Если я говорю, что я придумал это имя, так я разумею не то, чтобы я в самом деле его придумал. Оно, наверно, было и в допотопных святцах (если только до потопа издавались святцы); но тут сила вот в чем: если я скажу слово придумал, то я непременно обману всех прелестных моих читательниц и благоразумных моих читателей. Все могут предполагать, что вас зовут не Катинькой, а как-нибудь иначе, и ваше инкогнито останется непроницаемым, несмотря на то, что я буду называть вас настоящим вашим именем и прилагать к нему эпитет прелестной, который вы так решительно заслуживаете.

Теперь, когда мы условились о главном, мне остается рекомендовать себя окончательно; впрочем, я уверен, что вы уважаете людей, а не имена, и что ни вашей любви, ни даже вашего внимания

За эту цену не куплю,Когда я вам открою: кто я;Я вам родня, мы все от Ноя,Но больше всех я вас люблю.

Похожие книги

Война и мир

СкальдЪ, Михаил Афанасьевич Булгаков

«Война и мир» – это не просто роман о войне, но и обширное полотно жизни, охватывающее различные социальные слои и судьбы героев. Лев Толстой мастерски изображает сложные человеческие отношения, раскрывая внутренний мир персонажей и их реакции на исторические события. Произведение пронизано философскими размышлениями о жизни, смерти, любви, чести и смысле существования. Роман-эпопея, отражающий глубину мироощущения и философии Толстого, остается актуальным и по сей день, исследуя вечные проблемы бытия.

Счастье по контракту

Джэсмин Крейг, Марисса Вольф

Дэн, разочарованный в женщинах, и Коринн, закрывшая сердце для любви, неожиданно сталкиваются в борьбе за наследство. Загадочное завещание заставляет их преодолеть недоверие и вражду, открывая путь к настоящей любви. В этом увлекательном любовном романе, полном интриг и неожиданных поворотов, читатели познакомятся с борьбой за наследство и поиском счастья. Встреча двух одиноких сердец, полная противоречий и страстей, раскрывает тему любви и прощения, описанную в современном любовном романе. В центре сюжета - борьба за наследство и поиск счастья, где любовь и прощение становятся ключом к счастью.

Измена. Ты всё разрушил

Алиса Климова

В романе "Измена. Ты всё разрушил" Алисы Климовой рассказывается о Тане, чья жизнь перевернулась после измены мужа. Покинув его, она столкнулась с неожиданными сложностями, ведь Матвей – её босс. Теперь ей придется балансировать между личной жизнью и профессиональными обязанностями. Роман раскрывает внутренний конфликт Тани, ее борьбу с чувством унижения и желание сохранить работу. История о сильной женщине, которая не боится отстаивать свои интересы и права.

Чужой ребенок

Родион Андреевич Белецкий, Мария Зайцева

Врач-реаниматолог, привыкшая к одиночеству и суровой работе, сталкивается с чужим ребенком, попавшим в беду. Неожиданно судьба заставляет ее задуматься о чужих проблемах и заботах, о которых она ранее не задумывалась. История о том, как случайная встреча может изменить жизнь и заставить переосмыслить ценности. В романе "Чужой ребенок" Мария Зайцева и другие авторы исследуют темы взаимопомощи, сострадания и неожиданных поворотов судьбы.