Раненое сердце – идеальная мишень

Труп прибило к берегу. Он зацепился за каменный выступ, торчащий из воды, и покачивался на едва заметных бугорках волн в трех метрах от берега. Двое патрульных наткнулись на него ранним утром, встали у кромки воды и принялись почесывать затылки. Одному из них было больше сорока, он был упитанный и низкорослый, второй — молодой, худой, длинный. Стояли они и думали, что делать. Дело-то предстояло тягомотное: сообщить о находке, ждать приезда группы, потом пойдут протоколы, осмотр места происшествия, осмотр трупа и т. д. Это значит, домой удастся попасть во второй половине дня как минимум, а дежурство-то подошло к концу.

— Это уже не наш район, — сказал старший, следовательно, главный.

Молодой милиционер понял, о чем идет речь, но поскольку на милицейскую стезю ступил он недавно, соответственно не успел закостенеть. Оттого на вполне однозначный намек старшего товарища ответил робким возражением:

— По инструкции черта города заканчивается за скалой.

Оба долго молчали, глядя на спину утопленника и не решаясь сообщить по рации, что найден труп. А вокруг — никого…

Раннее утро конца августа дышало свежестью, плотный морской воздух впитал в себя ароматы зелени, моря и земли, а тихий шепот прибоя ласкал слух. Это лучшее время для отдыха, когда не терзает зной, но еще очень тепло, фруктов — море, само же море приносит удовольствие, и купаешься не в парном молоке, не таешь под изнурительным солнцем, и народу на пляжах меньше. Если бы не труп…

— Интересно, баба или мужик? — вытирая платком лоб, произнес старший.

— Фиг поймешь, — отозвался молодой, пытаясь рассмотреть особенности строения фигуры. Но из воды торчала одна спина, ну, еще затылок с короткими волосами, разве по ним определишь, кто утоп? — Сообщим?

— Думаешь, начальство обрадуется, что мы ему утопленника подсунем?

— Скажи спасибо — не убитого.

— А ты что, уже знаешь, утоп он сам или его утопили? — слегка раздражаясь, спросил старший. Напарник попался туповатый, и это его нервировало. Он намекает-намекает, а тот никак не врубится. — Вдруг его пришили? Тогда это глухой висяк. А за висяк нам столько насуют… мало не покажется. Процент раскрываемости сразу упадет.

— И что делать? — растерялся молодой.

— Сам он не выплывет в открытое море и за скалу не заплывет… — рассуждал старший, сунув сигарету в рот и щелкая зажигалкой. — Труп найдут и догадаются, что мы его кинули. А, черт, газ кончился. Дай зажигалку.

— Мы его пока не кинули. — Парень отдал зажигалку и с опаской уставился на коллегу. — Давай сообщим, а?

— У меня кент в Ростове-на-Дону живет, тоже, как мы, патрулирует…. — не спешил сообщать о находке первый. — Так он рассказывал, как у них висяков скидывают.

— Куда скидывают?

— Город там на реке Дон стоит, знаешь такую? — принялся объяснять первый, ибо почувствовал, что парня уломает, уж больно робко тот возражал ему. — Широкая река. И тянется город по берегу на многие километры. А течение в реке… нормальное. И вот. Когда плывет труп по Дону, его, конечно, к берегу прибивает. Ну, а милицейский патруль берет багор и отталкивает труп от берега, тот и плывет дальше. Сам пойми, никому неохота висяк заиметь. Значит, плывет труп себе и плывет, а все равно приплывает к берегу, но уже на территории следующего отделения милиции. Те глядь — труп! Знают же, что приплыл он из предыдущего отдела. Берут багор и назад его… в реку. Так и плывет он, пока какой-нибудь придурок его не выловит.

— У нас нет багора… багра… короче, палки.

— А ты поищи. Вон сколько тут деревьев растет.

— Ты хочешь труп… спихнуть подальше?

— За скалу транспортируем, там не наша территория, и доложим, мол, полный ажур. Из-за скалы он не переплывет обратно.

— Нам за это не…

— А кто узнает? Ты же не скажешь? И я нет. Давай, ищи длинную палку.

Долго искать не пришлось. Чуть отойти от берега — попадаешь в заросли, где полно сухих веток. Парень отыскал длинный шест, который, видимо, туристы-дикари бросили, подошел к напарнику и растерянно посмотрел на него. Чтобы оттащить труп за скалу, надо войти в воду, а ни одному из них не хотелось это делать.

— Раздевайся, — скорее попросил, чем приказал, первый.

— А почему я? — Парень перевел брезгливый взгляд на труп. — Меня вырвет.

— Ты что, трупов не видел?

— Трупы видел. Плавать с ними не хочу.

— Понимаешь, у меня ревматизм…

— А меня вырвет, — отказывался парень.

— Ну, придется сообщать, — вздохнул первый. — Домой попадем вечером. (Парень молчал, что означало: лучше вечером домой попаду, чем с трупом в одной воде бултыхаться буду.) Ладно, раздеваемся вдвоем. Найди еще палку.