Раненые

Мобильный разрывается от звонка, какого черта…кому не спиться в такую рань. Разлепляю глаза и вижу четыре пропущенных…боже.

– Да, мам!

– Рома! Ну наконец-то, ты чего трубку не берешь, звоню тебе звоню. Но конечно же, зачем отвечать? Это же всего на всего мать звонит! – раздаётся обиженный женский голос.

– Ма, не начинай! Что случилось? – вздыхаю.

Голова раскалывается, мозг отказывается восстанавливать события вчерашнего вечера. Клуб и хороший коньяк, это я помню…друг Пашка цеплял всех баб подряд и хвастал повышением, это я тоже помню, а вот как до дома добрался увы.

– Как что? Новый год на носу, а у нас елки нет! Ты же обещал. Традиции Ром – это святое!

Три года я не был в Самаре. Перевелся в Москву по службе, срочный контракт. Вернувшись, сообщил только матери, наплел что дело здесь под грифом «секретно». Она обещала молчать, отчиму не слово, пока я сам не решу объявиться. Но дальше тянуть уже некуда, время пришло выходить из тени.

– Прости, замотался. Скоро буду – вру не краснея. Ага, скоро, её еще найти надо, елку эту.

– Сынок, мы ждем. – На слове «мы» не приятно защемило в груди, вчерашний загул не полностью отрубил мозги и образ «рыжей» все же всплыл в сознании. Ненависть, которую так усердно заливал алкоголем, опять начала подниматься и скручивать в узел все внутренности.

– И захвати пару бутылок шампанского! Что бы не бегать, его вечно потом не хватает, – тараторит мать и кладет трубку.

Вот тебе и доброе утро. Ни как дела, ни здравствуй, ни до свидания.

Бросаю мобильник на тумбочку и откидываюсь на подушки, рука касается чего-то мягкого, и я поворачиваю голову.

Та-ак, выходит цеплял не только Пашка.

– Малыш, продолжим? – стонет девица протяжным голосом и выгибается кошкой, выставляя на показ грудь размера третьего не меньше.

Её рука скользнула по моей ноге выше колена. Я молниеносно её отшвыриваю, настроения что-либо продолжать нет.

Встаю, голышом иду в ванную напоследок кинув через плечо:

– Десять минут, чтобы тебя здесь не было. Денег на такси дать? – холодный тон и безразличие на лице.

– Да пошёл ты, скотина! – девушка явно обиделась и начала спешно собирать свои вещи, которые валялись буквально везде.

Захожу в просторную ванную, смотрюсь в зеркало, в котором отражается тот ещё портрет, пол часа не меньше придётся откисать, чтобы привести себя в приличный вид. В итоге, кисну дольше, бреюсь, достаю свой Boss и наношу парфюм, накинув на бедра полотенце, выхожу.

Гостьи уже и след простыл, слава богу, хоть не пришлось выпроваживать. Она не первая и не последняя, сами вешаются, сами суют мне номера телефонов, современные нравы и реалии таковы. Да, они красивы, шаблон не меняется: блондинки, брюнетки, но никто не цепляет, чужие. Секс, да, это моё и только. Забыться, а потом проститься. Месяц, два и все, дальше бегство и свобода.

Быстро натягиваю брюки и чёрный свитер под горло, иду на кухню, включаю кофе машинку и жду пока чашка наполнится ароматным напитком. В холодильник не заглядываю, перекушу по дороге. Времени нет, от слова совсем. Ёлка эта, свалилась на мою голову.

Приближается новый год, праздники и в разгаре декабрьская суматоха. Кто-то уже поставил у себя в доме главный символ праздника, а кто-то ее еще не приобрел.

Накинув пальто, спускаюсь. Моя BMW стоит поперёк двора, мда… Прости малышка, хозяин вчера был в ауте, благо без проблем доехал и друзьям ментам звонить не пришлось, не люблю быть обязанным.

Гоню на территорию лесничества.

Ценник зашкаливает, вот тебе Ром и урок, все на потом не оставлять. Выбираю на мой взгляд самую красивую, и назвав адрес родителей, оформляю доставку. Сам же еду за обещанным шампанским, о чем тоже вскоре жалею, вокруг все так суетятся: скупают подарки, везде куча народу, в крупных магазинах не протолкнуться вообще. Все эти салаты, огоньки, новогодние ночи и так далее просто достали. Ну новый год… А дальше что? Ну посидели за столом, поели, выпили, прогремел салют. А дальше жизнь идёт своим чередом, и понимаешь, что чуда не случилось: те же самые серые, рабочие будни.

– Колись, сексуальные и одинокие будут? И что бы не жмот и не в коем случае не старик – подруга явно игриво и капитально настроена.

– Дашь, перестань. У тебя одно на уме. Народу полный дом назвали, будут тебе богатые и свободные, отчим постарался, – обреченно вздыхаю.

Сам умотал на свои горячие источники, даже семейный праздник его не остановил, дай бог, чтобы этому «источнику» хоть восемнадцать стукнуло и его не поймали на малолетке. Скорее всего мама в курсе его «лечения» и поэтому не отказывает себе в удовольствии смотаться с подругами на недельку другую за границу, наверное, тоже в «профилактических» целях. Но идея сосватать меня непоколебима! – будто сама справиться не могу.

Сколько себя помню, моя внешность приносила мне только проблемы. С самого детства. В школе давали разные прозвища и не стеснялись применять их на каждой перемене.