Ранчо «Неизвестность»

Глава 1

Меня зовут Монро Дэвис, и это история о том, как я нашел свой дом.

Когда-то мой дом был в Алгоне, штат Айова. Все наши ребята просто дождаться не могли, чтобы поскорее вырасти и вырваться оттуда, но мне нравилась моя жизнь, и я никуда не стремился. Временами я все еще скучаю по прошлому. По деревьям с могучими стволами и густыми кронами, по тому, как колышутся в полях злаки и соя, когда едешь по проселкам. Или как пышет жаром в августе земля, влажная, тучная, плодородная. Скучаю по церковным обедам, по толпам народа на параде в День Независимости, по всему, к чему привык с самого рождения. Но в итоге я уехал, потому что перестал ощущать себя дома.

Все началось с того, что мама нашла у меня порно. Она наводила порядок в моей комнате и ни с того ни с сего ей взбрело в голову убраться в прикроватной тумбочке, там она наткнулась на мой секретный запас и отдала отцу. Я тогда работал в поле, отец сразу бросился ко мне. Увидев его, я заглушил мотор трактора и побежал к нему навстречу, потому что подумал, что случилось что-то ужасное или кто-то пострадал.

Но он ничего не сказал. Просто держал в руке журналы с дисками и смотрел на меня, ожидая объяснений. Хотя он и сам все понимал, поэтому я тоже молчал - опустив голову, уставился на люцерну под ногами. Я часто-часто дышал, кровь стучала в висках, шея взмокла от пота. Наконец отец развернулся и направился назад в дом.

Я взобрался на трактор и закончил сгребать сено, потому что не знал, чем еще заняться.

Ко мне отправили пастора - наставить на путь истинный. Тот говорил, что из-за своего тяжкого греха обязательно попаду в ад. Что это богопротивно и чернит доброе имя моей семьи. Мама постоянно плакала, отец и вовсе меня игнорировал. Родной брат Билл смотрел так, как будто я дал ему под дых. Можно подумать, я убийца младенцев.

Наверное, в их глазах оно так и выглядело. Хотя я был все тем же милым Ро, которого они всегда знали. Просто находились в неведении относительно той части меня, что я им не показывал.

Под конец подослали Билла, который сказал, что все не перестают за меня молиться и с помощью пастора пришли к оптимальному решению. Они не возражают, если я останусь, но мне следует сходить к отцу Тиму. Билл предложил несколько хороших девчонок из числа своих знакомых, с которыми я мог начать встречаться. Даже намекнул, что знает парочку — только чтобы маме ни слова, — которых можно развести на секс. Но я обязан покаяться в грехах, и больше никакого гей порно, и вообще никакого гейства. Или так, или я должен покинуть ферму.

Ну, я и уехал.

Не из города, просто с фермы, но вскоре оказался за решеткой после потасовки в баре. Мне дали три года, которые сократили до одного, а через восемь месяцев выпустили по причине переполненности тюрьмы. Я был тише воды ниже травы, слушался инспектора по надзору за условно освобожденными. Когда срок закончился, покинул Алгону.

Я устал от этого места. Устал от того, что меня постоянно смешивают с дерьмом. Устал от людей, которые шарахаются от меня как от чумного. Устал обвинять всех и каждого в своих проблемах, как те парни в тюрьме, и параллельно размышлять о том, достаточно ли я искупил вину, чтобы заслужить прощения.

Устал ждать, что меня позовут назад в мой дом. И отправился на поиски нового.

* * *

Я встретил Трэвиса Лавинга спустя два года после тюрьмы, когда нанялся на ранчо «Неизвестность» в северо-западной Небраске. До этого я изъездил почти весь Средний Запад, Канзас, Небраску и Дакоту. Но в такую даль меня еще не заносило. Наверное, приглянулось название в объявлении. Тащиться зимой через всю проклятую Северную Дакоту – чистое безумие, я уже был готов удавиться. Хотя говорят, в Западной Небраске неплохо живется. Итак, отдохнув пару дней в Омахе и созвонившись с управляющим, который сказал, что можно попробовать, я тронулся в путь.

Еще сыграло роль то, что владелец занимался ранчо как хобби. Хозяйство было небольшое, скорее крупная ферма. Для многих ранчо – это горячие ковбои, кувыркание в бурьяне и все такое. Но я вырос на ферме, и мне ранчо казалось чем-то огромным и незнакомым.

В действительности «Неизвестность» оказалась не такой уж дырой. Видимо, свое название ранчо получило из-за рассказа владельца о том, как однажды он все бросил и отправился в неизвестность - так и прилипло. Но дела там велись хорошо, солидно, особенно принимая во внимание относительную молодость Лавинга. Корма использовались органические, овец было примерно столько же, сколько и крупного рогатого скота. Лет шесть назад мы на ферме держали овец, и я узнал достаточно, чтобы иметь представление о предстоящей работе, поэтому мог с уверенностью заявить, что у меня есть опыт. Это давало мне некоторое преимущество. Поначалу я боялся, что у меня не получится, нервничал - все было внове. Но управляющий заверил, что дел не так уж много, есть еще и приходящие местные работники.