Рамина

Кровь обжигает, разливаясь по венам бурным потоком. Самый мощный удар бьет прямо в голову. Всплеск затмевающий разум. Мозг отключается, но успеваешь получить свой последний приказ – не останавливаться. Солнце слепит глаза, смотришь себе под ноги, которые даже не чувствуешь, но почему-то бежишь еще быстрее. Кажется, что сердце вырастает до необъятных размеров, заполняя всю область грудной клетки, еще немного и вырвется наружу. Смахиваю проступившие капли пота. Я на пределе. Лишь одно мое дыхание – непоколебимо. Ровная, беспрерывная линия, только благодаря ему я достигаю конца и обрываю финишную ленточку этого забега.

Первое место – аплодисменты, эмоции, крики, громкий свист. Я улыбаюсь этим людям. Хочется пить, облизываю пересохшие, соленые губы. Все кружится. Падаю на землю, закрываю глаза. Тук-тук, так сильно бьется сердце в моей груди. Эйфория. Некоторое время не могу пошевелиться. Остываю. Тело переходит в обычный режим работы. После медленно поднимаюсь, встаю на колени, убираю нависающую прядь волос на мое лицо. Делаю глубокий вдох, открываю глаза. Вижу металлический забор, окрашенный в черный цвет, а за ним темная река. Проплывают экскурсионные кораблики с людьми в тёплых пледах. Они делают фотографии, быть может в кадре и я, но кто меня знает? Все мои победы – это лишь бурная фантазия в моей голове. Только чувства неподдельны, именно за ними я прихожу сюда по утрам.

В жизни каждого человека может быть своя красная дорожка. Моя выглядит именно так. Тянется вдоль набережной, протяженностью в семь километров. Так сложилось, что побеждать я могу только здесь. Всегда смотрю выступления чемпионов и до сих пор горько плачу. Понимаю, что где-то внутри меня умер спортсмен, не раскрывший своих талантов. Сила, выносливость, ловкость, гибкость, быстрота – неотъемлемая часть моего характера. Все эти качества живут во мне. Кипят, бурлят и если не дать им выход, то я взрываюсь подобно вулкану, обжигая горячей лавой все свое окружение. Наношу непоправимый вред, оставляя после себя лишь выжженную землю. Поэтому да, я разрешила себе фантазировать, облегчив тем самым, свое существование. Я знаю, кем должна была стать, просто мне никто не помог. Городок был маленький, родители вечно работали, возвращаясь домой очень поздно. Иногда мне приходилось оставаться ночевать у бабушки. Она была хорошей женщиной, но в ее доме так невкусно пахло. Сырость и затхлость. Она экономила на дровах, пенсии хватало едва свести концы с концами. Поэтому я укрывалась холодным, пропитанным влагой, пуховым одеялом, закрывала глаза и мечтала о медалях. Утром пахло пирожками, больше всего я любила с вареньем, пожалуй, это была единственная наша доступная сладость. За школьной партой, смотрела в окно, пейзаж был всегда один, менялись лишь времена года. Когда я стала чуть старше, немного осмелела, пошла записываться на спортивные кружки. Все в голос повторяли мне: «Девочка, где ты была раньше? Сейчас уже поздно идти в большой спорт». В итоге довольствовалась вышивкой на бесплатном кружке в ДЮЦ. С моей энергией сложно было усидеть на месте. Я выбрала красивую картинку, кусок ткани принесла из дома, бабушка не пожалела, разрезала праздничную скатерть со словами: «Чем бы дитя не тешилось, лишь бы оно не плакало». Нитки и пяльцы нам выдавали бесплатно. Я делала аккуратные стежки, пытаясь казаться смирной, но только нижняя часть моего тела беспрерывно извивалась. Завязывала свои ноги в узел, вначале в одну сторону, потом в другую. Странно, но только эти движения помогали мне сосредоточиться на вышивке. Я обещала бабушке, что скатерть она разрезала для очень важного дела. Разве я могу подвести единственного человека, который поверил в меня?

Когда я выросла, столкнувшись со взрослым миром, энтузиазм стать великой окончательно во мне погиб.

Я обычный маклер в московской компании продаю и сдаю недвижимость. При всем этом у меня нет собственной квартиры, скромного, маленького уголка, где можно почувствовать себя как дома. Навести тот самый уют, свойственный женской натуре. Иногда мне хочется купить много цветов и засадить весь балкон, но потом вспоминаю, вдруг на следующий месяц мне не хватит денег, чтобы оплатить свое жилище. Иногда перед сном мысленно собираю вещи в свой чемодан, горшки с цветами брать некуда. Моя жизнь – это вечная гонка за то, чтобы урвать себе кусок повкуснее. Все пятнадцать лет я боюсь лишь одного – вернуться в свой маленький городок, откуда без оглядки сбежала. Открыть дверь родного дома и увидеть глаза своей матери. Я знаю, что она скажет: «Попрыгунья Стрекоза. Лето красное пропела. Оглянуться не успела». Именно эту басню, она зачитала мне, когда я собрала старую, клетчатую сумку и поехала в Москву.