Радио Пустота

© Алексей Егоров, 2015

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru

Проснувшись утром, я начал отчетливо анализировать свой сон. Во сне я решал какие – то проблемы, постоянно с кем – то ругался, толкался и спорил. Один мужчина, как – будто не совсем знакомый мне, неожиданно подойдя, вдруг спросил:

– Хочешь знать, что же все – таки происходит в твоей жизни?

Мне стало ужасно интересно, и я утвердительно махнул ему головой.

– Тогда отгадай загадку, – строго сказал он.

Я был полон внимания.

– Что такое кофе в дорогу? – весело спросил он.

– Ну, – затупил я, – это же просто, попил кофе и поехал, разве же это загадка?

– Хмм, – усмехнулся он, – Считаешь, если бы это было так просто, стал бы я загадывать тебе её? Думай, в ответе кроется все то, что так необъяснимо мучает тебя. Попросту говоря, ответив на этот вопрос, ты поймешь весь смысл жизни, ну пускай не в глобальном исполнении, но что касаемо именно твоей, так все и поймешь.

– Так что же такое, – думал я, заваривая себе не совсем вкусный, но постоянно, почему то прописанный на моей кухне, кофе, – кофе в дорогу? Может спросить у нее?

Ей хорошо, с ней все в доме спят. И Дурик и Фекла, и даже я. С Дуриком у нас отношения возвышенные. Он меня пытается выжить, постоянно охраняя все жизненное пространство вокруг нее. Я, подкармливаю его по утрам, когда он тайком, на цыпочках, пока она спит и не видит его преступнического предательства по отношению к ней, в виде поедания сыра из моих рук. Конечно он жрет, по утрам жрет, а потом рычит на меня.

– Лицемерие, собачулечка, это смертный грех, – взываю к его совести.

Но, эта маленькая рыжая собаченция только уплетает сыр за обе щеки и виновато оглядывается в пустоту дверного проема. Что – бы успеть сплюнуть (или сглотнуть) по ситуации, если вдруг на месте преступления появится она. Ее, он сразу представляет в мантии мирового судьи, с деревянным молоточком и кисточками на шапочке.

– Дарик, – величественно проговаривает она, открыв толстую и умную книгу перед собой, – за поедание сыра из ЕГО рук, причем слово «ЕГО», звучит из ее уст совершенно невыносимо и несет в себе все то – вселенское и греховное, за что всех маленьких собачонок жарят в аду на сливочном прогорклом масле. А потом продают на железнодорожных вокзалах под видом сочной шаурмы. От этого у бедного Дурика на его собачей душе возникает когнитивный диссонанс. С одной стороны сыр и я. С другой, вечные муки.

– Не печалься пес, – протягиваю ему кусочек поменьше, – если что, я дам показания в твою пользу. Я все возьму на себя. Явка с повинной. Раньше сяду, раньше выйду. Век свободы не видать.

Фекла наблюдает за нами с высоты. Она, существо высшего порядка. По ночам летает, днем дрыхнет на холодильнике. Кто считает, что кошки не умеют летать, так скажите это ей, возможно, она перестанет. Как то она сказала мне, что ищет великий кошачий путь.

– Что же это за путь такой? – Беру ее на руки и нежно глажу против шерсти.

– Это такая великая тропа, – нравоучительно декламирует Фекла, – по которой все кошки уходят в страну вечного вискаса.

При этом она «нежно» запускает в меня свои когти, и блаженно закатывает глаза.

– А мне, мне можно в страну вечного вискаса? – Спрашиваю я.

Я же, сразу начинаю представлять себе эту самую блаженную страну.

…. Хочешь пива? – ласковым голосом говорит мне она.

– Чего? – переспрашиваю я, хотя в телефонной трубке, ее голос звучит доверительно и бодро.

– Холодненького, с рыбкой. Сколько тебе купить? Пять? Шесть? Да пес с ним, ничего страшного же не будет, если больше куплю! И вообще, мне кажется, ты в последнее время переутомился. Тебе явно нужно отдохнуть. Погуляй с друзьями, сходите в баню, купите молоденьких проституток….

– Ты псину сыром кормишь, – нравоучительно, не опуская глаз, говорит кошка, – высшие материи не для ВАС.

Вот, еще одно весомое слово с утра, – «ВАС»!!! Оно сразу опускает меня с неба на землю, точнее на кухню. И я понимаю, что летать мне пока не суждено, если только на работе. Тем более мне по карме совершенно не положена страна вечного вискаса. Если только в следующей жизни, когда я стану большим и потным муравьем, с большой и кислой попкой, лапками и усиками. Муравейник наш будет располагаться в спальном районе леса, норка на первом этаже, угловая, но уютная. Немного шума от жученной возни, но к этому же можно привыкнуть. Теща, – муравьед, жена – божья коровка. Таскание листиков от заката до рассвета. Директор, – большой жук вечный кататель чего – то липкого, но очень нужного, и, пролетающие над муравейником кошки. Я помашу им лапкой в след, всплакну и скажу:

– Кошки, заберите меня с собой, пожалуйста!

На большее я пока не заработал, во всяком случае, в ЭТОЙ жизни.

А может я чернослив? Маленький, сморщенный. Кожа тонкая, внутри семечка, вещь во всех отношениях нужная. Но, любое блюдо, при добавлении испорчу.